Случайности одной жизни. Закономерности или мистика?

Нас бы смело… Мёртвых…

* * *

Какой-то человечек, спит, раскинувшись на одеяле, какая-то женщина, понимаю, что близкая мне, говорит: «Это твой братик, Серёжка. Я твоя мама…» Что такое «мама»? А кто же была та женщина, которая говорила мне «свичушко светлое»? «Я сам!» – отвечаю этой женщине, когда она хочет помочь мне раздеться.

Почему она обнимает меня и плачет?

* * *

В руках что-то острое, и красное…. У братика пальчики красные…. Пытаюсь отнять у него это что-то острое и страшное. Кто-то нам осторожно разжимает пальцы, и плачет.

Красное и липкое в руках, но не больно. Крик: «Отец, ну как ты мог оставить на столе бритву?»

Красное и липкое – это Серёжкина кровь, из его малюсеньких пальчиков…

* * *

Серёжка, братик, упал с чемодана. Он был ему кроваткой на табуретке. Крик, рёв…

57 лет спустя: брата, мёртвого, голого, выносят из дома двое мужиков, задевают виском об косяк, и кровь, у мёртвого на виске, на том же месте, как тогда, когда он маленьким упал с чемодана.

Хотя только что умер… Удар – в тот же шрамик…

Вот и кончилась его жизнь… Пустая и бесцельная, ни жены не было, ни детей. Горе нашей семьи…

* * *

Отец пришёл со службы, и в шинели, не раздеваясь, свалился спиной на кровать. Я развязываю ему тесёмки на шапке, а он пытается меня прогнать, теряя сознание. Скоро заболел и я, заразившись от отца. У кровати стоял таз, полный моей крови. Теперь понимаю, что столько крови из меня выйти не могло, она была с водой, но тогда было удивительно и непонятно, откуда в тазу её столько.

Это был, кажется, гонконгский грипп.

Какой-то мужчина в белом халате, стоит рядом и говорит непонятное слово: «Кризис… Кризис…». Выжил.

А потом, почти без пауз, были коклюш, корь, воспаленье лёгких, ревматизм сердца…

* * *

Играем во дворе у дома, бегаем друг за дружкой. Нам по 5—6 лет. Вдруг брат Серёжка пропал. Рядом открытый, без люка, колодец канализации. Он там! Ору, топаю от ужаса ногами. В колодец прыгает солдат, вылезает с Серёжкой, он ревёт – весь в чёрной грязи.

Бегу домой, за мной солдат – несёт Серёжку на вытянутых руках. Мама долго отмывала его в ванной от дерьма…

Он мог бы погибнуть ещё тогда….

* * *

Идём к озеру с братиком, мне 8, ему 7 лет, навстречу человек 5—6 мальчишек. Драка, бьюсь. Больно, кровь из носа, но бьюсь. Вижу, как отец, догонявший нас, с матом хлещет офицерским ремнём мальчишек. Они разбегаются с рёвом. – «А где Серёжка?» – Он встаёт из кустов справа.