От рядового до полковника

Разумеется, наша курсантская жизнь не ограничивалась одной лишь учебой.

Бытовая составляющая этой жизни, несомненно, отличалась от обычной солдатской. Мы чувствовали себя вполне свободными, никто не пытался унижать наше личное достоинство, жили дружно, в одних и тех же условиях. Рацион питания по ассортименту, качеству приготовления пищи и габаритам порций был таким, что, проводя много времени «за партой», мы стали заметно набирать вес, физиономии округлились и посвежели. Мой вес перевалил за 80, стало трудно выполнять упражнения на перекладине, которые раньше я всегда проделывал с лёгкостью.

На присланные из дома деньги я купил «Командирские» часы и щеголял перед сокурсниками высочайшей точностью их хода. Да вот счастье это оказалось недолгим: вскоре после начала моей службы в дивизионе один боец, матерый «урка» из Одессы по фамилии Щукин, вероломно «приватизировал» часики, беспечно оставленные мною в комнате офицерского общежития. Я твердо знал, что это его рук дело, но доказать не мог.

В свободное время мы занимались спортом, ходили в кинотеатр, купались в Клязьме. В обязательном порядке несли караульную службу со всеми присущими ей трудностями и нарушениями нормального биоритма наших молодых организмов. Иногда по выходным руководство устраивало спортивные соревнования с непременным нашим участием. По очереди ходили в увольнение, знакомились с девушками (два таких знакомства закончились свадьбами). Одну из этих свадеб мы весело отгуляли в городке, на квартире нашего комбата Плужника, поскольку невестой была его родственница, а женихом – курсант Хакимов Ханафия Ханифович, наш сокурсник, татарин по национальности.

Справедливости ради, должен отметить, что мы не были такими уж рафинированными, безгрешными паиньками. Кое-кто похаживал в самоволки. Не возбранялись (нами, конечно, а не начальством) и поддерживались дружественные отношения с «зеленым змием». Однажды зимой мы втроём пропахали на лыжах по снежной целине километров пять в деревню Болдино (не пушкинское) лишь затем, чтобы «пивса пососать», как озаглавили эту вылазку наши пересмешники, когда узнали о ней.

Увольнения мы могли проводить не только в Костерево, но и с выездом в другие ближние населенные пункты. Один раз я, будучи в увольнении, съездил даже во Владимир. Надо признать, что не всегда увольнения завершались благопристойно и безмятежно.