Из боя в бой

И даже не мед.

– Эти-то чем тебе плохи?

– Ремешки на морозе задубеют, переламываться станут. А пряжки стальные льдом обрастут – ни застегнуть, ни расстегнуть.

– Да тебе-то что? – злорадно отвечал старшина. – Тебя все равно не возьмут.

– Это тебя не возьмут!

Немного забегая вперед, скажем, что в походе Савельев соорудил себе крепления для лыж не жесткие, не полужесткие, а мягкие. Очень простые и надежные, деревенские такие – поперечный ремешок и резинка из противогаза, охватывающая задник валенка. Надеваются лыжи мгновенно, снимаются еще быстрее.

Многие бойцы оценили приспособление, последовали примеру. Противогазов, правда, не хватало. В первые же дни их почти все повыбрасывали, освободив противогазные сумки для более нужных вещей – для патронов, круглых гранат «фенек», да и для сухарей и махорки.

Радистка Анка, по совместительности должностей еще и медсестра, в один из дней даже встревожилась и доложила командиру:

– За касторкой бегают ребята.

– Ветеран их подучил, – успокоил ее Михайлов.

Воевал Савельев и с инструктором по лыжному ходу. Все доказывал свое: как ходить по глубокому снегу, как изворачиваться в зимнем лесу среди бурелома, коряг, кустарника.

– Чего ты учишь? – доказывал. – Мы так в первый день без лыж останемся. Да и это не лыжи – дрова.

– Ты к финским привык, – терпеливо отмахивался инструктор.

– Михалыч, – одергивал Ветерана командир группы, – не спорь, тебе опытный спортсмен объясняет.

– От то и дело: он спортсмен, а я целину бороздил, в снегу по пояс да без палок.

Вмешивался и в другое. Уже накануне выхода в рейд зашел к командиру, сдернул шапку, осанисто уселся.

– Вот что я, товарищ старший лейтенант, сегодня ночью подумал.

– Ночью спать надо, а думать днем.

– Днем некогда, – переложил шапку с колена на колено. – Сейчас личное оружие получать станем. Заглянул я на склад – одних «папаш» нам приготовили.

– Это почему? Хороший автомат, надежный. И магазин емкий.

– Кто спорит? Токо он где хорош? В окопе хорош, в атаке. А для леса громоздок, тут машинка покороче нужна. И магазин… пока семьдесят патронов в него набьешь, руки отморозишь.

– Так в чем дело-то? – командир уже ерзал нетерпеливо: вот-вот выступать, дел еще невпроворот.

– Не подгоняй, дослушай. Идем – все добро на себе.