Тренер. Молодежка

Следом из здания вышла другая не менее легендарная личность, но прошлых лет – Игорь Брутто, Чемпион Европы 1960 года в составе сборной СССР, легенда Спартака и многократный чемпион Союза. Он меня не заметил и погруженный в думы, пошёл вниз по улице в сторону станции метро.

Понятно.

Тут к бабке гадалке не ходи – Классников выбирал нового главного тренера для футбольного «Спартака». Конечно, как и во всем СССР директоров заводов и предприятий выбирали сами рабочие, так и тренера «Спартака» по уставу клуба выбирали сами игроки.

Я зашёл в здание, где имелся турникет, а для того чтобы попасть внутрь – требовалось предъявить пропуск члена спортивного общества. Пропуск с собой не взял, поэтому пришлось объясняться с пожилым бдительным мужчиной – вахтёром.

– Вы куда собрались, молодой человек? – спросил старик, шаря по столу в поисках увеличительных очков.

– Мне к начальнику команды.

– А вы записаны?

– Меня Николай Петрович к началу рабочего дня вызвал – звонили по телефону.

Вахтёр наконец нацепил очки и посмотрел в свою большую тетрадь, поля которой были расчерчены.

– Так, на 9 утра запись, есть такое… – вахтёр запнулся, поднял взгляд и посмотрел на меня, прищурился. – Едрить, это ты Ванька! Совсем слепой стал, не узнал тебя!

– Богатым буду, – улыбнулся я, проходя через турникет.

– Как хоть твоя нога?

– Заживает. Скоро вот обещают эту штуковину снять, – я ткнул пальцем в аппарат Илизарова. – Мешает жутко, не привыкну никак.

– Тц-тц-тцы, – зацокал старик. – Какая жуть, оно к такому и не надо привыкать. На поле когда, играть?

По всей видимости, вахтёр не читал газет, там то завершение карьеры футболиста Павлова смаковали со всех сторон, обсасывая до косточек.

– Наигрался, врачи сказали, что травма несовместима с футболом.

– Типун тебе на язык, вон Гусь к начальнику заходил, 18 сезонов за Спартак отыграл, а ты этот рекорд побьешь! Чего кстати к Николаю Петровичу пришёл?

– Затем и пришёл, чтобы понять, как теперь команде могу пригодиться, – о том, что меня определили в таксопарк сторожем говорить не стал, это ему не к чему знать.

– Иди тогда, он только Олежку и Игоря у себя принимал.