Боец 5: Лихие 90-е

Мордоворот посмотрел в список и найдя там мое погоняло, кивнул, отступая от двери – проходи. Я еще не успел переварить впечатления, когда открыл дверь приемной… и оторопел вот уже во второй раз.

Правда, вида не подал – жизнь научила держать себя в руках. Во-первых, в приемной сидел еще один «дядя шкаф», а, во-вторых, худенькая симпатичная шатенка за секретарским столом вскинула на меня взгляд:

– Здравствуйте! Слушаю вас.

– Да я и сам себя слушаю… – пробормотал я, но тут же закрыл ненужную болтовню вежливой улыбкой:

– Здравствуйте.

Я к Вадиму Антоновичу.

Девушка на миг замешкалась, видимо, по неопытности – доложить обо мне или пропустить… но тут вдруг дверь кабинета открылась, возник сам шеф:

– Инна… начал он, но увидел меня: – О, Боец! Входи, а я уже собрался тебе звонить. Как говорится, на ловца… Инна, сделай нам два кофе. Заходи!

Мы прошли.

– У вас кадровые перемены? – аккуратно спросил я.

– Как видишь, жизнь заставляет, нанял себе ребят, – он усмехнулся. – И Алинка ушла… в гору пошла наша Алина, теперь в высокой инстанции будет трудиться, да шефа старого добрым словом поминать.

И он рассказал, что во время подготовки к турниру, в частности, жеребьевки, Алина попалась на глаза тому, о ком должно почтительно молчать, то бишь, человеку из высших сфер… и ее взяли в структуры, находящиеся на местном Олимпе…

Я слушал это, мысль моя рисовала картинку, как Алина уходит со сцены – значит, не обмануло предчувствие, это она навеки уходила от меня. Ну, так оно как будто и должно быть, да я же говорю – слишком странно устроен человек, быть бы нам чуть попроще…

Усилием воли я подавил всю эту философию, сказав бодро:

– Ясно! Но я по другому поводу к вам.

– Догадываюсь, – усмехнулся босс. – Насчет Варианта?..

Тут вошла Инна с кофе, пожелала нам приятного аппетита, удалилась, и он продолжил:

– Ну что сказать? Здесь данный господин, я не просто так охрану усилил. Сведения неоспоримые, лично проверил. И уже приобрел билеты на финальный поединок. И не он один, а целая бригада туда заявится…

Я искренне восхитился:

– Однако и контрразведка у вас, Вадим Антонович!

Он так посмотрел на меня…

Я затрудняюсь описать этот взгляд.

Скажу так: в нем была мудрая ирония над тем, что никогда мы не сможем сказать все то, что знаем. Как будто он знал или догадывался о моих отношениях с Алиной, и параллельно с этим размышлял: сказать или нет еще о чем-то очень значимом… Как обычно в таких случаях – решение стало половинчатым.