Боец 5: Лихие 90-е

Явление халдеев с роскошным блюдом было воспринято с восторгом, особенно девчонками, давно забывшими моральное унижение. Видать, такая халява перепадала им нечасто, а возможно, и вовсе впервые – и как знать? – может, и никогда больше такого не будет в их вряд ли светлой жизни…

Тут я поймал себя на том, что задумался, и даже не задумался, а просто представил, как это странно: то, что летят годы, зимы с веснами кружат равнодушной каруселью, им ведь совершенно пофиг наши мечты и судьбы, встречи и разлуки, память и печаль… Какая там твоя весна: семнадцатая, тридцать третья, пятьдесят восьмая пробегает мимо?.

. Это тебе то свет, то тени, надежды и утраты, а жизни все равно…

– О чем задумались, чемпион? – шелковый голос Алины вытянул меня из оцепенения.

– Нет, – кратко ответил я.

– Что – нет?

– Не задумался.

– Вот как! А что же делал?

– Созерцал.

– Надо же, какие тонкости!.. – насмешливо протянула она. – Вы прямо прирожденный литератор.

– Все может быть, – бесстрастно сказал я. – Ну что, выпьем?

– Не возражаю.

Но я не вижу вашего бокала.

– Мы снова перешли на «вы»?

Она не ответила. Вернее, ответила мимолетной усмешкой, слегка покручивая бокал в ухоженных пальцах с перламутровым маникюром.

Я наполнил рюмку «Араратом», тоже улыбнулся:

– Обойдемся без брудершафта?..

Алина глянула на меня искоса. Сумерки уже заполняли кабинет, и глаза ее казались темнее обычного – цвета благородной ореховой древесины.

– У вас хорошая память, чемпион…

Я рассмеялся:

– Ну, значит, точно стать мне литератором с такими данными! За что пьем?

Не знаю, что бы она сказала, но тут внезапно рядом с нами возник шеф.

Грузно присел на стул, стоящий у торца стола, ухмыляясь заметно хмельно. Впрочем, я был уверен, что в любом состоянии он сумеет держать себя в руках, не потеряв самоконтроля.

Сейчас, впрочем, он держал в руке пузатый бокальчик не то с коньяком, не то с виски.

– Не помешаю? – спросил он тоном Мефистофеля.

– Что вы, Вадим Антонович! – искусственно обрадовалась Алина.

 – Я всегда рада вас видеть, и… и думаю, всегда мне будет приятно вспоминать время работы… нашей совместной работы…

– Так вот за это давайте и выпьем, – предложил он. – За дружбу, над которой не властны годы и обстоятельства. Вперед!

Ишь ты. Скажет ведь… Я туманно подумал, что и это у него не просто слова, а ритуал на полном серьезе, вера в способность запрограммировать будущее… Да и черт с ним!

Я вдруг ощутил, как мне хочется напиться.