Спецназовец. Власть закона

– Ай-ай, непорядок, – со свойственным ему похоронным выражением лица посетовал подполковник Быков и, выпрямившись во весь свой двухметровый рост, окликнул жену: – Дарья Алексеевна, душа моя! Посодействовать не желаете? Принять, так сказать, посильное участие в процессе приготовления пищи…

– Не-а, – не оборачиваясь, отказалась от заманчивого предложения Дарья Алексеевна. – Я посильно поучаствую в процессе чуточку позже, на этапе приема пищи. А этап ее приготовления меня сегодня почему-то не привлекает.

– Чего это? – с угрозой, которая незнакомому человеку могла показаться нешуточной, переспросил подполковник.

– Очень просто, – все так же не оборачиваясь, пустилась в объяснения Даша. – Когда я дома на кухне готовлю ужин, ты сидишь на диване и смотришь телевизор, так?

– Ты сама не велишь путаться под ногами, – голосом трудного подростка, вызванного на допрос к директору школы, проворчал Быков. Он едва заметно улыбался, поглядывая по сторонам в поисках дров, и продолжал выкладывать из рюкзака немудреную снедь – помидоры, огурцы, свежую зелень, ржаной хлеб и все прочее, без чего в России обходится очень редкий пикник.

– Это несущественно, – с металлом в голосе отрезала Даша. – Ведь сидишь же? Сидишь, да еще как сидишь! Бывает, что и лежишь. И храпишь на весь дом, так что соседи мне потом еще неделю жалуются… Я стряпаю, ты смотришь телевизор – это нормально дома, после рабочего дня. А в выходной на природе пусть будет наоборот: ты стряпаешь, а я любуюсь пейзажем.

– «Москва слезам не верит», – безошибочно определил источник прозвучавшей цитаты Быков, который, уйдя с действительной службы на преподавательскую работу, не без удовольствия наверстывал упущенное, восполнял пробелы и расширял кругозор в том, что касалось культурных ценностей мирного времени. – Ну и наслаждайся своим пейзажем на голодный желудок! Это я к тому, – пояснил он, – что в четыре руки было бы быстрее.

– Я не тороплюсь, – утешила его Даша. – А свинья все равно мертвая, она не убежит.

– Дичь жареная, она не улетит, – сказал Быков. – «Бриллиантовая рука».

Блеснув познаниями в киноклассике, он подхватил с земли страховидный саперный тесак, который успешно использовал в качестве туристского топорика, и отправился за дровами.

Оставшись одна, Даша наконец обернулась и посмотрела ему вслед.