Спецназовец. Власть закона

Мои люди пытались его спасти, но этих тварей там оказалось просто неимоверное количество, и оба солдата погибли.

С этими словами он положил на стол перед его превосходительством цифровой фотоаппарат. Хозяин кабинета включил камеру, со второй попытки перешел в режим просмотра снимков и некоторое время разглядывал их, оттопырив пухлую нижнюю губу. Майор терпеливо ждал, привычно подавляя зевоту, которая неизменно нападала на него, стоило только переступить порог этого, с позволения сказать, вместилища верховной власти.

– Да, это большое несчастье, – задумчиво подымив сигаретой, сказал наконец президент М’бутунга и отложил фотоаппарат. – Но вы напрасно вините себя, майор. Это Африка, а не европейский зоопарк, звери здесь живут без решеток, на воле, и сами добывают себе пропитание. Нашему другу просто следовало быть осторожнее. Уверен, вы предупреждали его об опасности, а он вас не послушал.

– Так и было, господин президент, – склонил голову в знак согласия араб. – Мне показалось, что он не вполне трезв.

– Или вполне нетрезв, – подсказал М’бутунга.

У него была круглая иссиня-черная физиономия, в чертах которой усматривалось разительное сходство с мордой пожилого орангутанга. В данный момент она не выражала ничего, кроме легкого огорчения в связи с полученным только что печальным известием; до того, как оттяпать у законного правительства почти половину территории страны и заделаться президентом, Пьер Мари М’бутунга был военным, но лицемерить умел не хуже самого прожженного политика.

– Возможно, вы правы, – сказал Аль-Фахди.

– Я в этом абсолютно уверен, – заявил его превосходительство. – Выпивка – не самый лучший советчик, особенно когда речь идет о русских. Вы знаете, я учился в России. Это превосходная страна, только очень холодная, и ее обитатели привыкли согреваться водкой. Так вот, в то время там был очень популярен анекдот, в котором некто без труда заставил пьяного русского туриста спрыгнуть с верхней смотровой площадки Эйфелевой башни, просто сказав ему: «Товарищ, туда нельзя».

– Дух противоречия, – с понимающим видом покивал головой араб. – Да, вы правы, мне показалось, что в этом бедняге он был по-настоящему силен.

Отдав таким образом должное попытке господина президента заговорить ему зубы, майор без дальнейших церемоний придвинул к столу один из свободных стульев и уселся, непринужденно положив ногу на ногу. Небрежно бросив в уголок рта очередную сигару, он щелкнул зажигалкой и закурил, деликатно выдув дым в сторонку.