Степная сага. Повести, рассказы, очерки

Ничего от жизни не просите, а сами последний кусок отдать готовы тому, кто нуждается. Я же помню, как ты нищих принимала, если кто-то милостыню просил. Не у калитки что-либо подавала, чтобы побыстрей отделаться, а в дом приглашала, кормила, расспрашивала о беде их. Сочувствовала. Это так редко сегодня встречается.

– Выдумщик ты наш! Насочинял себе. Ничем особым мы от других людей в станице не отличаемся. Живем как все.

– Ты хоть с одним человеком поругалась за свою жизнь?

– Может, и поругалась, не помню.

– И я не помню такого случая.

– Ты же знаешь, не пил он никогда. Только пивка трошки. И то по праздникам. И не матился никто из нас – грешно это. Дебошей тоже в доме не бывало. А вот под горячую руку отцу лучше было не попадать… Про налыгач помнишь, поди?

– Раза три перепадало. Но за дело.

– Вот и я не дратовала его, штоб не закипал.

– А ты говоришь, как все… все-таки по своим законам жили?

– По Божеским и человеческим. Как родители научили.

– Мать, подь сюды, – позвал Яков Васильевич. – Подсоби по нужде подняться.

Валентин опередил Оксану Семёновну и первым подошел к отцу:

– Давай я помогу.

– Соромно, сынок. Мы привыкли уже вдвоем обходиться, – в два голоса слабо возразили старики.

Сын, не обращая внимания на возражения, наклонился над отцом и, без особого напряжения подняв на руках исхудавшее тело, опустил Якова Васильевича возле отхожего ведра:

– Спускай кальсоны и садись, делай свое дело. Чего здесь стесняться? Дело житейское.

Валентин так уверенно управлялся с отцом, будто заправский санитар, что неловкость ситуации быстро развеялась.

– Я, батя, постараюсь усовершенствовать это приспособление под нужник. Будешь восседать, как король на троне, без посторонней помощи.

– Это как же?

– Поморокую малость. Типа кресла с дыркой. Как переносные биотуалеты на Западе.

– Нам до ихних мудреных штучек не дожить, – вздохнула Оксана Семёновна.

– Свои придумаем, коль жизнь заставляет.

– Попробуй, а то дюже несподручно на ведро по-большому ходить, – пожаловался отец.

– Ну, Яков Васильевич, с облегчением! Получше стало?

– Полегшее вроде…

– Тогда, может быть, прогуляемся по комнате?

– Што ты! Не сдюжаю я.

– А давай попробуем. Ты и давеча говорил, что не сдюжаешь, а осилил-таки завтрак самостоятельно. Человек не знает своих скрытых возможностей. Нужно испытывать себя.