Спецназовец. Сошествие в ад

Если Вахтанг спросит, почему его так долго не было, он скажет, что выяснял отношения со знакомой телкой, которая все никак не оставит его в покое.

Копаться в чужом грязном белье Вахтанг не станет. Тем более у него самого хватает проблем со своими шалавами. Вахтанг по жизни был слишком любвеобильным, пускаясь вдогонку за любой юбкой.

Приняв решение, Малхаз вдохнул и выдохнул несколько раз, поправил прическу и, убедившись, что ситуация за столиком абсолютно не изменилась, уверенной походкой вышел из-за колонны, сделав при этом небольшой крюк, якобы он возвращался из уборной.

На всякий случай, чтобы его не выдали расширенные зрачки, Малхаз прикрыл глаза солнцезащитными очками квадратной формы, в которых он был похож на итальянского мафиози.

За столиком стояла гробовая тишина, и со стороны происходившее напоминало базар на стрелке, когда одна сторона, чувствуя свое превосходство, ведет себя дерзко, а другая сторона боязливо молчит, думая только о том, как бы это выкрутиться из щекотливой ситуации.

При появлении Малхаза Вахтанг поднялся из-за стола.

– Брат!

– Вахтанг! – непослушным от страха голосом воскликнул Малхаз, чувствуя, как у него подкашиваются ноги.

Он шмыгнул пару раз носом. После кокаина ноздри становились особенно чувствительными.

– Где ты был? – поинтересовался Вахтанг, похлопав брата по спине.

– С телкой базарил. Не понимает, что уже все закончилось.

– Нормальная? – уточнил Вахтанг, улыбаясь во все свои тридцать два зуба, сверкнувшие мелкими бриллиантами, которые ему туда вставил крутой дантист, делавший челюсти голливудским актерам.

– Я пьяный был, вот и спутался с ней.

– Знаю я твоих баб! – Вахтанг пренебрежительно махнул рукой и плюхнулся на мягкий диван. – Меньше бухать надо, тогда начнешь разбираться в женщинах.

Малхаз слабо улыбнулся, ликуя, что Вахтанг, кажется, не заметил его наркотического опьянения, иначе диалог получился бы до безобразия коротким и болезненным.

– Что сопли жуете? – продолжал активничать Вахтанг, на этот раз избрав мишенью своих острот Жано и Зураба.

Малхаз махнул рукой, подзывая к столику официанта.

– Принеси нам «Калифорнию» и «Филадельфию» на всех.

Официант, кивнув, тут же ретировался.

За Гогнадзе-младшим в Тбилиси давно закрепилась слава знатного гуляки и дебошира, расточительного и в то же время обаятельного подонка.