Ярослав Мудрый. Русь языческая

Всегда помни его гордые и вещие слова о воинах, сраженных в бою, что «мертвые сраму не имут». Жаль, что многие князья стали забывать Святослава и кинулись в усобицы, чего не терпел твой дед. Но память о твоем деде не сотрется. Таких полководцев не предают забвению.

– Я буду постоянно думать о подвигах моего деда Святослава!

– Добро бы так, Ярослав.

Глава 12

Отец Ярослава

Как-то Владимир Святославич услышал за стенами терема звонкие детские голоса:

– Защищайся, Ефимка! Я буду биться как дед Святослав!

Великий князь подошел к окну и увидел на дворе, подле красного крыльца, Ярослава с маленьким мечом, наступавшего на сына боярина Додона Колывана, рыжеватого отрока, прикрывавшегося небольшим щитом, обитым медвежьей шкурой.

– Голову прикрой, сказываю!

Ефимка прикрылся, но щит его от удара меча Ярослава треснул.

– В полон сдавайся!

– Не хочу, – захныкал Ефимка.

– Эх ты, а еще воин. Отпускаю тебя. Ступай к своей дружине и скажи ей, что я иду на вы.

– Ай да молодец, сынок, – довольно произнес князь.

Святослав был сильным, мужественным, во всем неприхотливым, вот и Ярослав старается на него походить. Еще два года назад он принялся закалять тело. Каждое утро, слегка прихрамывая, бегал с дядькой на Днепр, подолгу купался. Аж в грудень[26 - Грудень – ноябрь.] не хотел вылезать из холодной воды. Пестун ворчал:

– И чего в такую остуду лезешь, отрок? Лихоманка[27 - Лихоманка – простудное заболевание.] схватит.

– Не схватит, дядька. Мой дед Святослав даже в сечень[28 - Сечень – январь.] в проруби окунался.

– Так то Святослав. Он, почитай, после проруби голышом в терем прибегал.

– Вот и я так буду. Не облачай меня в рубаху!

– Да мне великий князь голову снимет.

– Не снимет, дядька. Поспешай в гору!

Но где уж там угнаться пожилому пестуну за юнотой! Запыхавшись, приходил в терем, брался за мохнатый рушник, дабы разогреть Ярослава, но того уже высокая гора разогрела. Раскрасневшийся чадушко накидывал на себя легкий кафтанец, а затем велел дядьке позвать Ефимку.

– Бороться хочу. Святослава никто не мог побороть.

Дядька вздыхал, и оправлялся за Ефимкой. Никакого роздыха с этим юнотой! Но ничего не поделаешь: князь Владимир сызмальства борьбой увлекался, и сына на то поощряет. Да и не только к борьбе, но и к бане со снегом. Вылетят из горячей мыленки – и в сугроб. Долго в снегу барахтаются. Ярослав аж повизгивает от услады, а затем опять в баню.