Сказание о земле Сибирской, или Планета обезьян. Роман

Поддавшись на догмы американских цитатников о рыночной экономике, свободе слова и прелестях демократии, советские люди своими руками свергли, уничтожили и растоптали всё, что было гордостью страны, и привели к власти тех самых уродов, что расплодились, как тараканы. А расплодились они так массово, что заполнили, практически, всё постсоветское пространство в руководящих органах и эшелонах российской власти.

По новой Конституции в стране исключалась любая идеология. Но это только фраза, а в жизни идеология нашлась и заработала, как швейцарские часы.

И этой идеологией стала жажда наживы, воровство, ложь, культ всего западного, а главное – ненависть к стране в которой родились, и это так же настойчиво вбивалось в массы, как когда-то воинствующий материализм, сметая всё человеческое, ставшее чуждым для идеологов воинствующего демократизма.

А, что касается застоя, то застой был лишь в умах партийной и государственной элиты, которой нравилось жить в этом инкубаторе, имея всё и не желая хоть чуточку подумать о будущем.

В остальном застоя не было. Наша наука шла на уровне мировой, строились заводы и фабрики, именно в эти годы было создано лучшее оружие, превосходившее все зарубежные образцы. Были сняты лучшие фильмы, написаны самые прекрасные песни и стихи, в театрах работали выдающиеся режиссёры, артисты и композиторы.

И всё это было до того человечным и экологически чистым, что воспитывало в людях только разумное, доброе и вечное. Никакой заразы в души и сердца людей не запускалось, и эта чистота просто бесила запад, поскольку советские устои нашим врагам казались заброшенными с Марса.

Мы осваивали север и далёкий космос. И когда запустили «Буран», а он оказался намного лучше американского, наши учёные заявили: «Сегодня мы можем сказать: – Нет ничего такого, что мы не могли бы сделать!!!», а закладывался корабль ещё при «застое» Брежнева. Да, мы били лучших хоккеистов и ставили мировые рекорды, строили БАМ и осваивали Север…

Сегодня, с высоты двадцать первого века, можно задаться вопросом:

– Почему в течение последних двадцати лет не написано ни одной песни, которую пела бы вся страна? Почему не снято ни одного фильма, который хотелось бы смотреть и завтра и послезавтра? Нет ни стихов, ни спектаклей, ни романов, ни полётов на Марс.