Слепой. За гранью

– Спасибо! – сверкнув серыми очами, поблагодарила пожилая дама. – Эти деньги пойдут на правое дело.

– Я в этом не сомневаюсь, Инна Афанасьевна, – сказал банкир и, повернувшись к залу, добавил: – Мы, то есть наш банк «Северное сияние» и лично я, готовы помочь каждому страждущему и нуждающемуся в нашей поддержке.

Вновь послышались восхищенные и одобрительные возгласы, а кое-кто из присутствующих даже прослезился. Если бы Аркадий Вацлавович был более внимателен и обладал орлиным зрением, то он заметил бы в пятом ряду симпатичную женщину лет около тридцати пяти – сорока, которая, не сводя с него преданного взгляда, украдкой вытирала набежавшую слезу.

– Какой мужчина! – почти беззвучно шептала темноволосая женщина. – Он готов отдать всего себя несчастным людям.

Сидевшая рядом русоволосая подруга приблизительно того же возраста, не расслышав, что сказала соседка, спросила у нее:

– Трусова, что ты там бормочешь?

Нина Викторовна Трусова повернулась к подруге и недоуменно посмотрела на нее.

– Что ты сказала, Наташа? – в свою очередь спросила она.

– Я говорю, нормальный мужик этот банкир! – ответила собеседница. – За таким мужиком как за стеной можно себя чувствовать: денег у него немерено, да и с виду ничего такой.

Нина Трусова лишь пожала плечами.

Она думала в данный момент совсем о другом: вернее сказать, вспомнила о своей горькой и тяжелой семейной жизни.

А жизни как таковой и не было у Нины Викторовны: нервные болезненные дети и муж-пропойца, который то и дело учил уму-разуму свою жену тяжелым кулаком.

– Да… – грустно вздохнула темноволосая симпатичная женщина, однако не стала дальше размышлять о своей жизни, а снова впилась влюбленными глазами в замечательного мужчину, который говорил приятные вещи твердым и хорошо поставленным голосом.

– В России не должно быть пьянства! – твердил представитель банка. – И мы добьемся этого, чего бы это нам ни стоило! Но для достижения этой цели мы должны проявить принципиальность и твердость, дружно став плечом к плечу.

Женщины снова зааплодировали, однако Петр Семенович, пожилой мужчина, сидевший на балконе, наклонился к уху своего молодого соседа.

– Питие, Ильюша, – есть веселье на Руси! – изрек он. – А без веселья и Россия не Россия.

– Это точно, Семенович, – согласился Илья Трофимов, – перестать пить в России смерти подобно. Сомневаюсь, что им удастся воплотить свои лозунги в жизнь.