Погляд скрозь гады. Белорусские очерки иностранного консультанта

Три года походил в старших лейтенантах запаса – получай звание капитана запаса, причем автоматом, без каких-либо дополнительных усилий и писем-ходатайств. Главное, чтобы твоя комсомольско-партийная должность была бы к чему-то приравнена в вооруженных силах. Те партийные начальники, кто готовился к партийной карьере в армейских структурах, так и поступали. Но ведь нужен же был еще и толковый кадровик, чтобы заранее предупредил бы о такой схеме кандидата на работу военнослужащим. Лично я успел получить только звание «старлея» запаса, да и то после того, когда меня проинформировал о такой возможности руководитель сектора военно-патриотического воспитания молодежи нашего отдела…

Вас никогда не удивляло то обстоятельство, что большинство депутатов Государственной Думы или членов Совета Федерации (если только они, естественно, не бывшие военнослужащие) поголовно все являются «полковниками запаса»? Это как раз и есть та самая сохранившаяся до нынешних времен отрыжка советской кадровой системы «прохождения военной службы в запасе», в соответствии с которой какому-нибудь «депутату-гранатометчику» после двухдневных экскурсионных сборов на подмосковном полигоне курсов «Выстрел» и распития качественного спиртного в теплой компании с генералитетом присваивают очередное воинское звание по ведомству Министерства обороны, МВД или ФСБ, в зависимости от прикрепления к той или иной военизированной структуре (сейчас, я почти уверен, еще и по линии других военизированных ведомств, того же МЧС или Росгвардии).

Вот так и стал, например, чистый аграрий, агроном по профессии, бывший директор совхоза «Большевик» Мошковского района Новосибирской области Н.М.Харитонов «полковником запаса ФСБ»… Полковник запаса Г.А.Зюганов, как известно с его слов, «трижды в армии прослужил». А полковник запаса В.В.Жириновский до сих пор лелеет многолетнюю мечту генеральские лампасы нашить себе на парадный мундир. Да я самолично не одному народному депутату СССР посодействовал в присвоении Председателем КГБ СССР В.А.

Иными словами, если говорить без ненужных политесов – настоящим формалистом был мой тогдашний кадровик из ПГУ, человеком без широкой души и даже без полета мысли. Да еще, может быть, и с очевидным комплексом ущемленности, характерной для многих, если не для большинства кадровиков в разведке, я об этом уже говорил ранее.