Слепой. Выстрелы в темноте

Подозреваю, эти мерзавцы намерены идти до конца. Они уже доказали, что кровь проливать готовы.

– Поэтому их и надо нейтрализовать.

– Вопрос в том когда. Мы с вами можем найти взаимовыгодный вариант.

– Знаю-знаю. Выкупите родню, а нам предложите вступить в дело потом, когда им ничего не будет угрожать.

– А чем плохо? Момент обмена – отличный шанс сесть им на хвост.

– Если мы будем знать о нем заранее. Но вы ведь не захотите всем рисковать в самый последний миг. Вы постараетесь всеми силами сохранить место и время в тайне и только потом, когда все заложники окажутся в безопасности, подадите сигнал.

«Глупо отрицать очевидное, – решил Андрей. – Выйти на доверительный уровень можно только тогда, когда точно обозначишь личный интерес».

– Наши с вами цели пересекаются, но, безусловно, не совпадают полностью, – согласился он. – Давайте тем не менее будем союзниками.

– Тогда вопрос союзника к союзнику: кассету получили?

Андрей собирался предварительно наладить взаимопонимание и уже потом, если общий язык удастся найти, показать майору обращение брата.

– Буквально пару часов назад, – признался он с неохотой.

– Я так и думал, – произнес Кольчугин тем же глухим и бесстрастным тоном, каким, наверное, хирург требует скальпель, когда операция сложна и нет уверенности в благополучном исходе.

Умолкнув, он тут же снова превратился в румяное жизнерадостное существо – ценителя хорошего коньяка и прочих радостей жизни.

Долив коньяка в опустевшую рюмку, он прогнал видео с братом по новой. Кольчугин ничего не просил, не требовал – упомянув о кассете, Андрей уже не мог ее не показать.

– Ваше мнение? Наверняка вы видели не одну такую пленку.

– По крайней мере похитители не отморозки, не садисты. Такие любят сами появиться в кадре, позаботившись, чтобы их нельзя было опознать.

– Разве? По-моему, он выглядит ужасно.

– Видели бы вы других. За пару дней люди теряют человеческий облик.

Андрей внутренне содрогнулся, представив себе заросшего волосами, нечленораздельно мычащего человека. Брата он не мог представить таким.

– Давайте вернемся к нашему союзу. Как видите, я доказал, что не намерен ничего от вас скрывать.