Слепой. Один на один

Но другого выхода у них, похоже, и правда не было. Не попадать же снова на нары.

Патруль был уже совсем близко. Из подворотни слышались голоса:

– Так, Вась, ты стреляй сразу. Предупредительный в воздух, а потом…

– Сейчас я подмогу вызову…

– Здесь они, здесь, никуда не денутся…

До встречи оставались считанные секунды.

– Так, Лыч, первый – твой, – скомандовал Иваныч. – Я беру остальных.

Не успел он отступить и укрыться за трансформаторной будкой, как из подворотни появился первый старшина.

– Эй, они здесь! – крикнул он своим, чуть от него отставшим. – А ну стоять!

Расстояние между ними не составляло и пяти метров, поэтому Лыч не мог промахнуться. Схватившись рукой за грудь, милиционер стал оседать в лужу.

– Ага, сука, получил! – воскликнул Лыч, но очередь из автомата лейтенанта уложила его на месте.

– Выходи руки за голову! – истошно вопил лейтер, появившись из подворотни с «калашником» наперевес.

Угол обстрела был выбран Иванычем так удачно, что преимущество оказалось явно не на стороне милиционера.

Иваныч тут же бросился в подворотню. Второй старшина что-то кричал в свою рацию. Убийца прицелился.

Один щелчок, потом еще и еще… Старшина, на лице которого все еще отражался испуг, схватился за сердце и осел на землю.

– Ну, Шрам, кажись готово, – голос Иваныча глухо резонировал в стенах подворотни. – Собирай вещички, мы сваливаем.

Шраму было явно не по себе. Ничего похожего на то, что произошло за последнюю минуту, он в жизни никогда не видел.

– А Лыч? С ним что?

– Ну, брат, мы за него отомстили, – негромко произнес Иваныч. – Положил я сук этих легавых. Бери сумку, уходим.

Шрам послушно взвалил на себя обе огромные сумки. Его шеф склонился над лейтенантом, сел на корточки и взял упавший АКМ.

– Ну что, сваливаем? – спросил Шрам. Ему не терпелось унести ноги.

– Да, я догоню.

Шрам прошел пару метров в сторону улицы, когда Иваныч вдруг его окликнул:

– Подожди секунду, ты кое-что забыл.

– Забыл? – обернулся Шрам.

И тут же получил очередь прямо в грудь.

– Иваныч, ты че?

На туповатом лице бандита отобразилось необыкновенное изумление. Он выругался матом и упал на асфальт, как мешок с картошкой.

Когда Иваныч подбежал к нему, чтобы вложить в руку парня свой пистолет с глушителем, их глаза встретились.