Слепой. Один на один

из пистолета выстрелил в…

– Кстати, еще одна деталь, – снова перебил его полковник. – Какие у этих кадров статьи? Разбой там, грабежи, да? А тебе не кажется, что они стреляют слишком хорошо для таких ханыг? Да и ствол тоже… Обрез – это я понимаю, а вот Стечкин…

– Нет, Игорь Федорович, со стрельбой у них не ахти, – ровным голосом ответил Дмитриев. – В жену академика раза четыре стреляли, да и то с близкого расстояния. Профессионалы так не работают.

– Может, ты и прав, – Цыбин снова уселся на свой стул и опустил голову на массивные ручищи.

 – Да и дорогой ствол, в принципе… Этим Питер уже не удивишь. Ладно, давай дальше толкай свою версию, извини, что перебил.

– Вот, дальше… Короче, этот второй… Колин, вроде бы… убивает лейтенанта и старшину Дичкина. Этот – тоже мне герой – даже ствол свой из кобуры не достал. Видно, думал, что без него обойдутся.

– Хорошо, так, а Колина кто тогда ухлопал, скажи на милость? Второго бандита?

– Все очень просто, – в голосе следователя чувствовалось легкое волнение.

 – Лейтенант еще жив был. Он приподнялся и выстрелил из автомата. Мы экспертизу проводили, так, по ее данным, все сходится. В Колина стреляли с очень странной позиции. Снизу вверх, высота над землей сантиметров двадцать. Короче, этот Колин убегать стал, а тут лейтер из последних сил…

– Молодец, – произнес полковник. – За такое надо представить к награждению. Эх, жалко, что посмертно.

* * *

Версию о том, что в этом деле участвовал кто-то еще – живой и пока неизвестный, – сначала рассматривали всерьез.

Но поскольку она не находила подтверждений (к примеру, в квартире не было обнаружено никаких лишних следов), вскоре о ней забыли.

Это устраивало всех. Искать кого-то милиции совсем не хотелось. Поэтому дело, казавшееся всем ясным и прозрачным, как стакан водки, было закрыто и сдано в архив. Не сразу, конечно, а после того, как полежало с месяц без движения на столе у следователя.

…На следующее утро после происшествия о нем сообщили все телеканалы – как-никак, за одну ночь семь трупов! Но поскольку в тот же день случилось немало прочих событий – от очередной женитьбы Бельмондо до очередной же авиакатастрофы в России, – в вечерние выпуски новость уже не попала.

В «Московском комсомольце» появилась статья, где говорилось о том, что убитый академик коллекционировал живопись. Ему будто бы даже принадлежали оригинальные работы Шагала, доставшиеся по наследству от отца, который знал легендарного художника еще в витебский период его жизни.