Слепой. Приказано выжить

Но предусмотрительный Клюв был к этому готов: выйдя из машины и подняв капот, он уже без всякой необходимости ковырялся в горячем движке, подсвечивая себе мобильным телефоном – устранял несуществующую неисправность, тихонько шипя сквозь зубы, когда пальцы невзначай касались раскаленного пыльного металла. Вдоволь налюбовавшись его торчащей из моторного отсека тощей кормой, будущий потерпевший повернулся к стоянке спиной, все так же неторопливо преодолел остаток пути и, обменявшись с кучкующимся на тротуаре молодняком какими-то дежурными банальностями о погоде и самочувствии, скрылся за железной дверью подъезда.

– Вот же сука везучая, – послышался из неосвещенного салона «десятки» полный сердитого разочарования голос Змея.

– От судьбы не уйдет, – рассудительно ответил флегматичный, как все крупные и сильные от природы люди, Хомяк. – Все равно наш будет – не сегодня, так завтра.

«Где бы ты ни бегал, что бы ты ни делал, все равно ты будешь мой», – вспомнились Клюву слова услышанной когда-то давно и навек, казалось, забытой песенки.

Он с ненужной силой захлопнул капот, грохнув им так, что затянувший какую-то сердитую тираду Змей испуганно умолк на полуслове, и боком втиснулся за руль.

– Ну, и чего теперь? – требовательно поинтересовался Змей, когда он закрыл дверцу. – Может, хату снимем? Заночуем по-человечески, пару пузырей перед сном оприходуем… А?..

Змею вечно не сиделось на месте, бездействие и долгое ожидание он ненавидел всеми фибрами души.

Именно про таких людей говорят, что у них шило в заду; глядя на то, как Змей нетерпеливо ерзает по сиденью, в это было несложно поверить, причем в самом прямом, буквальном смысле. Еще Змей просто обожал хорошенько выпить, в чем, увы, вовсе не был оригинален.

– Отставить хату, – сам не зная, на что, собственно, рассчитывает, отрезал Клюв. – Будем ждать.

– Чего ждать-то? – возмутился Змей. – Он будет в своей койке без задних ног дрыхнуть, а мы тут на трезвую голову всю ночь задницы отсиживать?!

– Дуло залепи, – многообещающим тоном посоветовал Клюв.

– В натуре, без тебя тошно, – добавил Хомяк, которому пьянка на съемной квартире тоже представлялась куда более заманчивой перспективой, чем бессонное бдение в прокуренном насквозь, остывшем и отсыревшем тесном салоне стоящего под чужими окнами в чужом городе автомобиля.

– Подождем, пацаны, – чуточку мягче сказал Клюв.