Слепой. Ловушка для слепого

На светофоре зажегся желтый, и водитель переключил передачу, терзая газ и подгоняя отставших пешеходов грозным ревом мощного двигателя. Когда шедшая последней обширная тетка в ядовито-синем кожаном плаще, семеня на высоких каблуках, проскочила мимо переднего бампера «шевроле», водитель отпустил сцепление, и автомобиль ракетой сорвался с места, взвизгнув покрышками и сразу оставив позади все остальные автомобили. Несмотря на тупое выражение своей тяжеловесной физиономии и общую заторможенность, Михаил Дынников по кличке Тыква был водителем экстра-класса и мог бы, наверное, брать призы на каких-нибудь ралли или трековых гонках.

Умение водить машину было у него в крови и костном мозге, и он не помнил времени, когда этого умения не было. Он сидел за рулем с тех пор, как начал доставать до педалей, и примерно с того же времени принялся угонять всевозможные транспортные средства, поскольку знакомые автолюбители не могли удовлетворять его страсть к вождению все двадцать четыре часа в сутки. Впервые он сел за угон еще по малолетке, а всего таких посадок было три.

Впрочем, в колонии Тыква не объявлялся уже лет пять и успел за это время основательно остепениться и даже приобрести собственную машину. Баснословно дорогой и расточительно мощный «шевроле» был словно создан для Дынникова, и внутри Садового кольца этой парочке было откровенно тесно. Пассажир Тыквы всегда испытывал сильнейшие опасения за свою жизнь, когда тот принимался играть в пятнашки со встречным и попутным транспортом, так что садиться в машину к нему рисковал далеко не каждый, да и не каждого он туда сажал, если уж на то пошло.

– Вот смотри, – вдруг заговорил Тыква, когда его сосед уже перестал ждать ответа на свою предыдущую реплику. – Смотри, что это такое – лохи на колесах. – Он с визгом покрышек обогнул перегруженный «гольф», медленно тащившийся по разделительной линии между двумя полосами. – Видишь, что делает? Сам не едет и другим не дает. А если бы вся эта толпа села за руль и выехала на дорогу?

– Да, – неестественно хохотнул его попутчик, стараясь не отводить взгляд от бешено несущейся навстречу мокрой, запруженной автомобилями улицы, – тогда тебе точно пришлось бы самолет покупать.

– А я ходил в аэроклуб, – спокойно заметил Тыква, рявкая клаксоном на зазевавшийся «запорожец». – Целый год.

– Ну?! – весело поразился пассажир. – Оно и видно. Что ж бросил?

– Я не бросил, – по лицу Тыквы промелькнула смутная тень сожаления. – Я сел.