Слепой. Глобальный проект

Вот яркий красавец из триста девятого помчался вниз по лестнице, хочет предупредить тех, кто под видом братьев Рустемовых наращивает в тренажерном зале мышечную массу.

Сейчас, лучшего момента не будет! Но Потапчук говорил, что никто не должен серьезно пострадать. Несерьезно – это ранение, совместимое с жизнью. Кроме обреченной жертвы в номере еще как минимум трое, заслуживающих, возможно, серьезной кары. Но их надо оставить в живых, а этого, чем-то прогневавшего нынешний венгерский режим, уничтожить. Работа есть работа.

И снова перевоплощение, – кепка Рыжего, очки с чуть затемненными стеклами. Нож и один пистолет в рукаве, другой за поясом. Байка опять мутных серо-коричневых тонов, внутрь яркими швами. Зубную щетку, джинсы, игривую рубашку с платочком, пиджак и сладкий одеколон придется подарить отелю. Свою сумку Сиверов даже не вынимал из багажника. Ключи от машины в глубоком кармане спортивных брюк, там же мобильник, флэш-память и пластиковый ключ…

Опять коридор третьего этажа, лестница, коридор четвертого.

Он двигался спокойно, уверенно, но достаточно быстро. Через минуту в двери четыреста пятого громко постучал мужчина в синей фирменной бейсболке. Не дожидаясь ответа, отпер сам, воспользовавшись универсальной карточкой-отмычкой. Навстречу ему в зеркальный предбанник выпрыгнули двое настороженных, плохо выбритых парня. Руки каждого из них выразительно прятались за лацканы расстегнутых пиджаков.

– В чем дело? – они заслоняли широкими спинами дверной проем.

– Телефон пришел чинить, авария у нас.

– Это кстати, нам связь нужна, – мужчины миролюбиво отступили.

Глеб вошел в нарядную гостиную, отметив про себя, что носить гражданское встретившие его охранники не умеют. Не отвыкли, а именно не умеют, оно сидит на них нелепо и явно стесняет.

Белы в гостиной не было. Возможно, он в спальне или в ванной. Сиверов сосредоточился на кабеле, ведущем от базы радиотелефона, двинулся вдоль него, надеясь беспрепятственно войти в смежную комнату. В этот момент дверь с треском распахнулась и ворвались братья Вахитовы.

– Где, черт побери, этот венгр? Мы уезжаем! – они метались по номеру и не сразу заметили постороннего. Было ясно, что окружающие не понимают по-английски. Реплики Вахитовых остались без ответа. В потоке английской брани Глеб разобрал имена Гасан и Захар – видимо, так звали переводчиков. Из ванной выглянул седой мужчина с умными, выразительными глазами. Одна его щека была в белой пене, в руке – станок безопасной бритвы.