Святослав. Хазария

Расстояние между ними быстро сокращалось – значит, скоро начнётся смертельная схватка и, возможно, к вечеру всё решится. До сих пор в ушах звучали слова отца – мудрого Великого кагана – «мне не нужна ни твоя смерть, ни даже твоя победа, мне нужна голова Сффентослаффа!»

Уйзен даже различил две крохотные фигурки на самом высоком кургане, одна, кажется, на белом коне. «Это он! – догадался Уйзен. – Единственный из всех, кто мне нужен!»

Ещё немного – и пора выстраиваться в боевой порядок: разводить Крылья, выдвигать Сердце… Урусы, похоже, уже делают это – над их конницей поднялась туча пыли, а фигурки с кургана исчезли.

Уйзен поднял руку, призывая старшего темника, но тот подскочил к нему с неожиданным сообщением:

– Великий шад, они уходят!

Уйзен опустил руку, злорадно ухмыльнулся:

– Значит, и ты можешь быть трусливым шакалом, урусский князь!

Но иная, пришедшая в голову мысль, сразу изменила настроение: вдруг это коварная уловка и противник хочет заманить его в западню?

– Прикажешь догнать их, Уйзен-бей? – склоняя в знак почтения голову и прижимая к груди камчу, спросил Ходжар-тархан, который был назначен в этом походе старшим темником, и потому вовсю старался доказать сыну Великого кагана свою верность и преданность, к тому же у него были личные счёты к Святославу.

Когда Ходжар-тархан поднял глаза, Уйзен увидел в них горячий блеск охотничьего возбуждения, с каким пускаются в погоню за сильным и опасным зверем, и оттого преследование становится ещё заманчивее.

– Нет! – оборвал его Уйзен. – Пока идти прежним ходом, не настигая, но и не упуская из виду!

Сын кагана уже решил, что действовать нужно только с холодным расчётом и наверняка.

– Усилить дозоры! Проверять каждый лес, овраги и рощи, прежде чем пройдём мимо! – велел он.

Так двигались полдня. Урусская конница шла мерно, крупной рысью, ни в одном из лесков засад не было. «Значит, не заманивают, а на самом деле уходят, – решил Уйзен. – Но даже если мы сейчас настигнем урусов и начнётся сеча, в бой вступят их замыкающие полки, а Святослав с основным войском уйдёт восвояси.

Нет, я не должен, подобно псу, хватать за пятки уходящего Святослава, а обойти его, перенять и отрезать путь к Киеву. И только тогда напасть и отгрызть голову. Пришёл черёд моим воинам доказать степную выносливость и преимущество хазарских коней над греческими!» – решил воевода.

Кликнув темников, Уйзен коротко изложил им в свой план.