Святослав. Болгария

– Про византийское посольство, что два дня тому прибыло, что скажешь? – вместо ответа спросил князь.

– Во главе сего посольства Калокир, сын хорсуньского воеводы. Пришли под надёжной охраной, по всему, поклажа непростая у них. Купцы, что по пути к ним пристали – шутка ли, дармовая защита от кочевников – бают, будто тех кочевников ни единого даже поблизости не видели.

– Выходит, безопасность сего посольства с самых византийских верхов обеспечена? – глянул внимательным оком Святослав.

– Думаю, что так, княже, – подтвердил изведыватель.

– Скажи Ворону, – промолвил князь, – жду его у себя в шатре после вечерней поверки. Да кликни темников старых, Притыку с Инаром. Сам же выясни к тому времени всё, что сможешь, про этого Калокира.

– Будет исполнено, княже, – слегка поклонившись, Варяжко так же тихо и быстро удалился.

Вечером четверо названные князем собрались у него в шатре. Ворон выглядел ещё не совсем отдохнувшим после дальнего и нелёгкого путешествия, но, как всегда, собран и молчалив.

– Ну, Варяжко, реки, что узнал о посланнике визанском, – повелел князь, когда все разместились.

– Калокир, сын хорсуньского стратигоса Аполлинария, – начал помощник Тайного тиуна, иногда заглядывая в бересту, – обучался в ихней гимнасии, где преуспел более всего в плавании, борьбе и стрельбе из лука. Славянскую речь разумеет, потому как и отец его, и сам он сызмальства знаком с проживающими и торгующими в Хорсуни славянами. Я многих наших купцов да охоронцев порасспросил про сего мужа младого, никто о нём худого не слыхивал.

– Негусто разузнал, – подытожил Святослав.

– Да что там разузнавать, – пожал могучими плечами коренастый Инар, – сам, княже, встретишься с посланником, там и прояснится, кто он и зачем пожаловал.

– Эге, брат Инар, – усмехнулся Варяжко, – разве не ведомо тебе, что византийцы молвят одно, а думают другое?

– Зачем посольство прибыло, догадаться можно, – пробасил Притыка. – Ты, княже, в Тьмуторокани и Корчеве лодии строить повелел морские великие. Потому Визанщина в беспокойстве, не сбираемся ли мы град Хорсунь да иные полисы греческие отобрать, а может, опасаются, что на Болгарию или на сам Царьград пойдём теми большими лодьями.