Жажда

Однажды вечером Бунко вошел к нему с зажженной свечой и с высокой стопкой блинов в объемистой миске.

– Сметану, икру и мед сейчас принесу, – объяснил он, ставя подсвечник и миску на стол.

– А боярин где? – удивился Шемяка.

Бунко смутился:

– В гостях…

Шемяка горестно усмехнулся:

– Масленица! Так и не женился я в нынешний мясоед!

Бунко застыл, не смея пошевелиться. Тогда Шемяка сказал:

– Ну что ты так виновато глядишь? Ты-то вообще ни при чем!.. Давай-ко лучше раздели ужин со мной, неси все сюда, – и повторил печально: – Масленица ведь!

Бунко поклонился, благодаря за честь, и почти выбежал вон, выполняя наказ.

– Садись, – кивнул Шемяка на скамью напротив себя. – Ты нынче мой гость!

Звякнув цепями, он поднял свой ковш и значительно произнес:

– Выпьем за верных слуг… и справедливых господ, – и глаза его сверкнули.

Бунко молча выпил свой, показавшийся горьким, мед.

Но Шемяка как ни в чем не бывало уже сворачивал блин, и Бунко, следом за ним, тоже принялся за еду.

– Сам-то откуда, – спросил он Бунка, – не московский ведь?

– Рязанец, – согласно кивнул Бунко.

– И нашел ты кому служить! – потряс головой Шемяка, отчего черная прядь упала ему на лоб. – На всей Руси нет никчемнее князя!

Бунко забыл про еду, опустил глаза. Давно уже и ему приходили такие мысли, но он их гнал от себя. Как с ними жить?!

А Шемяка, неотступно глядя прямо в лицо Бунку своими черными, пронзительными глазами, ярко блестевшими из-под излома бровей, продолжал, все более горячась:

– Такой ли государь должен быть на престоле великокняжеском?! Нешто так управляют, как он? Где разум, где справедливость, где доблесть в делах его?! Скольких людей, ему преданных, он обидел, бросил, оскорбил, обманул?! Брат мой, Василий, в гости к нему приехал на свадьбу, – а его изругали вором, опозорили, оболгали! Слыхал?! – Его взгляд обжигал Бунка, и тот кивнул, задохнувшись.

Шемяка тяжело, словно ворочая неподъемную глыбу, повторил:

– Слыхал. Все слыхали. Вот так-то на Москве гостей принимают. Как же нам было отца против него не поддержать?! Душа в нас горела! А с тестем братним что сделали?! С Всеволожем?! Мало дочь его опозорили отказом венчаться после честного сговора – самому-то ему выжег глаза!

Бунко судорожно вдохнул.

– Вижу, не знал?

– Не верил… – выдавил из себя Бунко.

– Верь.