Русский брат. Земляк

Поинтересоваться, куда вы их пустите.

Секретарша смотрела на Левченко так, словно он с неба свалился. Майор про себя отметил председательский вкус: даже не видя ног, можно было поручиться за их стройность. В комплект к таким волосам и коже Бог не мог не отжалеть соответствующих конечностей.

– Вы собираетесь сделать пожертвование? – еще раз переспросила секретарша.

– А что в этом странного – не вижу. Неужели я первый?

– Нет, конечно.

– Друг у меня был – капитан внутренних войск. Из нашего московского СОБРа.

– Понятно. Вот, держите, – секретарша протянула бумажку с названием банка и номером счета.

– Благодарствую. А Самохина вашего когда вернее застать?

– Попробуйте с самого утра. Но гарантии дать не могу, лучше всего звонить. Если не секрет, какую примерно сумму вы собираетесь переводить?

– Тысяч пять долларов.

– Понимаете в чем дело, – она колебалась: начинать разговор или нет. – У нас сейчас такой кавардак. Неизвестно, что будет завтра.

– И тут склоки?

– Еще какие.

– Е-мое, это называется боевые соратники. Договориться по-братски не могут, – персонаж Левченко вполне мог так грубовато выразиться.

– Тут братством и не пахнет, – секретарша поднялась с кресла на колесиках. – Извините, мне уже пора.

– Давайте подвезу? Заодно познакомимся.

Левченко не ошибся в своих предположениях: фигура секретарши соответствовала самым высоким стандартам.

– Марина.

В отличие от других известных Левченко секретарш она держалась удивительно просто и дружелюбно.

– Меня Максим. Теперь припоминаю – краем уха я слышал, что у вас скоро перевыборы. То ли председателя, то ли правления.

– Вот-вот. Не знаю: наверно я не должна об этом говорить, но ваши деньги могут провалиться в черную дыру. Я бы советовала подождать пока все утрясется.

– Куда вам? – спросил Левченко, когда роскошный автомобиль стал выкатываться со стоянки.

– Сиреневый бульвар, тридцать четыре. Если Самохина переизберут, мне тоже придется подать заявление.

– А это реально?

– Очень даже. Последнее время под него копают не покладая рук. Вы, наверно, редко читаете газеты.

– Их сейчас слишком много развелось.

– Понавесили на него всех собак. Якобы всю войну он просидел безвылазно в Ханкале, охраняя аэропорт.

– Я сам проторчал там месяц.