Русский брат. Земляк

Осторожно притворив за собой дверь, Хаджиев первым делом обратил внимание на вешалку – Зиба была дома и не одна. Хозяин дома оставил кейс в прихожей и направился по коридору к комнате дочери, откуда доносились сдавленные стоны.

На ковре с длинным ворсом сплелись два обнаженных женских тела. Голова росла из живота, ноги свешивались с плеч, пальцы крепко сцепились друг с другом. На низеньком журнальном столике стояли две недопитых рюмки и пузатая бутылка ликера. Жалюзи смягчали яркий солнечный свет, сброшенная одежда валялась где попало.

Хаджиев медленно вышел из квартиры. Очутившись на улице, сел в свой новенький, еще и трехсот километров не набегавший «Вольво». Метров через триста притормозил у тротуара. Закрыл глаза и попытался собраться с мыслями.

* * *

Милиция дважды прочесала все здание, но горничную так и не нашли.

– Покажите листок по учету кадров. Там должна быть ее фотография.

В сейфе листка не оказалось.

– Он здесь был – это совершенно точно, – растерянно обернулась администраторша.

– Проверьте, может быть что-нибудь еще пропало из документов.

Все остальное осталось на месте.

– Я еще удивилась, что у нее говор странный, не сочинский, – припомнила администраторша. Потом подумала: мало ли что – за последние десять лет столько людей с места сдвинулось.

– Чем она занималась как горничная? – спросил следователь.

– Мыла, пылесосила, меняла постельное белье, вытряхивала мусорные корзины в полиэтиленовый мешок.

– Проверьте все к чему она могла прикасаться во время работы. Ведра, эти самые мусорные корзины и прочее, – приказал следователь эксперту.

– Извините, что вмешиваюсь, но у нас все уборщицы работают в резиновых перчатках.

Появилась московская бригада. Вместе с сочинскими милиционерами по третьему разу облазили гостиницу. Молодой человек в малиновом пиджаке вспомнил, что горничная наведалась в номер минут за двадцать до того, как обнаружился труп.

– Что же вы хотите? – развели руками москвичи.

Около полуночи тем, кто не проживал в гостинице, разрешили ее покинуть. Некоторые опасались путешествовать по ночному городу – их развезли двумя милицейскими машинами. Мимоходом обнаруженных проституток отвезли в участок – хоть какой-то результат работы.

Мигунов с Каллистратовым решили оплатить проживание за сутки – слишком поздно искать в курортном городе другое жилье.