Комбат. Олимпийский характер

– Понятно, – кивнул Крышкин и вдруг предложил: – А может, подзаработать хочешь?

– То есть?

– Ну, вместо стройотряда ко мне, в лабораторию?

– А что за лаборатория?

– Если согласишься сотрудничать, все расскажу и покажу. А если нет, то тебе придется все забыть. Таковы правила игры.

С этими словами Крышкин достал из ящика стола одноразовый шприц и ампулу с лекарством.

– Что это? – не понял Сергей.

– Так, одно безобидное американское лекарство. Стирает ближний слой памяти.

– Э не, подождите, – покачал головой побледневший Сергей, который жутко боялся просто любых уколов.

– Я жду, – холодно и жестко сказал Крышкин.

– А как мне своим сообщить, что я здесь остался?

– Домой позже позвонишь. А стройотрядовским, чтобы кипеж не поднимали, скажешь, работу нашел денежную. И остаешься в Сочи.

– То есть? А учеба?

– Если я скажу, какие тебе здесь будут платить бабки, ты забьешь на учебу. Лет через пять вернешься в Москву на белом коне. А захочешь – здесь, в Сочи, останешься.

– Ну, не знаю, – пожал плечами Сергей.

– Ладно, в виде исключения, как своему бывшему студенту, я поверю, – сказал Крышкин, опуская шприц. – Сейчас Краб отвезет тебя в гостиницу или там общежитие, где вы живете, ты заберешь вещи. И уже отсюда позвонишь своим товарищам и скажешь, что остаешься работать на фирме. Только без глупостей, делать все так, как я сказал.

– Но чем вы хоть занимаетесь? – поинтересовался Сергей.

– Все расскажу, когда привезешь вещи, – отрезал Крышкин.

Они вместе вышли во двор, где прохаживался и нервно курил все еще разъяренный Краб.

– Краб, заводи машину! – командным голосом сказал Крышкин. – Этот студент будет у нас теперь работать.

– Кем? – не понял Краб, окинув парня оценивающим взглядом. – У него же мышца, как у младенца.

– Зато мозги хорошо варят, – хмыкнул Крышкин.

– А куда его везти нужно? – уточнил Краб.

– Там, где он теперь живет. Он покажет. Вещи забрать. Только следи, чтобы никаких звонков и случайных встреч. Зайдешь с ним в комнату, поможешь собрать вещи и сюда. Чем скорее, тем лучше.

Краб, как только ему сказали, что Сергей – ценный работник, перестал ершиться и, подогнав свой черный джип, вполне миролюбиво позвал:

– Садись, спец.