Багульника манящие цветы. 2 том

Разливая чай по чашкам, в весёлом расположении духа, оставив вчерашнее позади и, стараясь не вспоминать неприятные события, крикнула Павлу:

– Просыпайся, соня! Завтрак остынет. Совсем ты, Павел, забыл про зарядку, но про завтрак – то не забывай. Поторопись, а то я уже заждалась тебя! Пора на работу бежать, а то автобус уйдёт без нас.

Павел проснулся давно, но не вставал. Он сосредоточенно о чём – то думал. Слушал, как хлопотала на кухне Катерина, и боялся даже дышать. Что – то вчера произошло и не совсем хорошее, он это чувствовал.

Какие – то детали всплывали мельком, но они тут же растворялись. Потом он решил, что это был сон. Пашка слышал предательские шаги, тихо подкрадывающейся размолвки. Не успел дальше ни о чём подумать, как услышал весёлый окрик жены:

– Ты долго ещё будешь валяться в постели, соня? Вставай, завтрак стынет!

Павел нехотя встал с постели, неуверенными шагами вышел на кухню. Катя, увидев растерянного и подавленного мужа, улыбнулась:

– С добрым утром, как спалось, что снилось? Не болит голова после вчерашнего?

– Хорошо спал, крепко.

Сон свой помню. Ты снилась, отец твой снился. Но всё было как в тумане, к перемене погоде, наверное, этот мой сон.

– Может и к погоде, может ещё к чему. Умывайся и садись есть, всё уже остывает, а я пойду, постель заправлю.

Застилая кровать, Катя крикнула из комнаты, выведывая Пашкино состояние души:

– Паша, ты ничего не хочешь мне сказать? Мы же вчера ходили в клуб. Тебе понравилось моё выступление?

Концерт в клубе Павел помнил.

Как у Раиски были в гостях, тоже помнил. Выкрикнул вдруг:

– Катя, а где наши дети? Где они в такой ранний час?

– Ну и папаша! У Раиски они вчера остались ночевать. Пашка ел сырники, запивал их чаем, но его обоняние сегодня полностью отсутствовало. Без особого аппетита жевал завтрак, а сам думал, что – то с ним не так. Вдруг его взгляд упал на Катино платье, лежавшее на стуле, стоящем в углу прихожей. У него округлились глаза, испуганно прошептал сам себе:

– Платье! Мне снилось, что я его порвал.

Он потихоньку схватил платье со стула, развернул его и облегчённо вздохнул – платье было целым и невредимым.

Увидел перед собой улыбающуюся жену, протянул ей платье:

– Приснится же такое! Повесить бы надо, а то помнётся. Оно так тебе идёт! Ты вчера была самая красивая из всех артистов и мои ребята из бригады мне завидовали.

Катерина взяла из рук Павла зашитое ею платье, повесила на вешалку и отнесла в шкаф.