Панкрат. Возвращение в небо

С включенной мигалкой машина подавала ему сигнал фарами. Панкрат резко сбавил скорость и, свернув к обочине, прижался к ней так, что заднее колесо съехало с асфальта, и остановился. А через минуту, сверкая тормозными огнями, его объехала машина ГИБДД.

Обе передние двери почти одновременно распахнулись, и оттуда вышли два здоровяка: один с погонами младшего лейтенанта, другой – старшего сержанта. На бедре у старшего по званию болталась кобура.

«Пустая», – успокоил себя Панкрат и тут же удивленно заметил, что пустыми были и руки представителей законопорядка на дороге.

– Вы видели ограничительный знак? – вежливо спросил его один из гаишников.

– Нет, – честно признался Суворин, протягивая ему водительские права и регистрационное удостоверение.

Документы были в порядке, и он спокойно смотрел на лейтенанта, который изучал их.

– Садитесь в машину, – неожиданно сказал тот, подняв на Панкрата ничего не выражающие серые глаза и убирая его документы в карман.

– Может быть, договоримся прямо здесь? – широко улыбнулся Панкрат, глядя на лейтенанта ясным взглядом. – Я понимаю, что виноват: без шлема и скорость превысил. Но, как правило, я так не поступаю…

– Вы знаете, сколько мотоциклистов попадает в аварии? Вам лучше сесть в машину, – в голосе инспектора послышались приказные нотки.

Суворин, который был такого же роста, как и младший лейтенант, машинально продолжая улыбаться, какое-то время пытался поймать его взгляд.

«Все дело в превышении скорости, – успокаивал он себя. – Я просто попал в определенное число нарушителей, которых он, несомненно, обязан оштрафовать».

– Боюсь, вам придется проехать с нами, – гибэдэдэшник повысил голос и перевел взгляд на Панкрата.

– Зачем? – улыбка сползла с лица Суворина, и он бросил короткий взгляд на того, что был ниже чином, заметив, как тот напрягся.

– Вопросы здесь задаю я! – рявкнул старший по званию, красноречивым жестом приглашая «нарушителя» сесть машину.

За всю свою жизнь так и не научившись жить в ладу с интуицией, Панкрат все-таки почувствовал тревожные нотки где-то в районе желудка, которые звенели о том, что «дружеская встреча» подходит к концу.