Жил-был художник один…

Москва же! Здесь столько возможностей – как-нибудь зиму перекантуюсь, а на следующий год уже точно поступлю!

"Как-нибудь" затянулось на много лет. Василий жил в Москве, перебивался случайными заработками, но мечту о живописи не бросал, посещая курсы рисунка у Дмитрия Кардовского – осколка старого режима, действительного члена Императорской академии художеств, прославившегося картинами на библейские темы и росписями соборов. Учил Дмитрий Николаевич на совесть, список его питомцев просто слепит звездными именами.

В 1926 году Василий Ефанов закончил курсы Кардовского и в этом же году его фамилия впервые появляется в журналах «Пионер», «Костер» и «Красноармеец и краснофлотец» с заветной припиской – "художник В. Ефанов".

"Турмалин-камень" в "Пионере" – один из первых его заказов.

Но, опять-таки, успехом и не пахло – обычная рисовальная поденщина, по большому счету – те же случайные заработки, только в журналах, да еще в театре – четыре года он отработал художником-оформителем в «4-й студии МХАТ».

Маялся Василий еще и оттого, что, по большому счету, не хотел быть ни иллюстратором, ни театральным художником. Он мечтал стать живописцем и рисовать картины.

И здесь занятно примечать, как поденщина переламывалась в мечту. В 1928 году Ефанов пишет свою первую большую картину – «Подвиг Г. И. Котовского»

А вот рисунок художника в журнале «Пионер» как в «нашем» 1926 году.

Но «Подвиг Котовского» прошел незамеченным, как и другие картины художника.

Ефанов медленно, но верно дрейфовал в направлении самой многочисленной категории художников – художников-лузеров, всю жизнь зарабатывающих на жизнь нелюбимой работой. Ему уже четвертый десяток, а он по-прежнему рисует то, что надо, а не что хочется. А у людей творческих профессий это первый и главный признак неудачника.

Но у Ефанова было то, чем очень редко могут похвастаться неудачники – невероятное, какое-то оголтелое трудолюбие, которое отмечали все, кто писал об этом художнике.

Он рисовал каждую свободную минуту, нарабатывая и нарабатывая технику.

И однажды он пробил эту стену.

Перелом случился в 1933 году, когда 33-летнему Василию удалось пробиться на выставку к 15-летию Красной Армии с картиной «Ликвидация антоновщины». Картину наконец-то заметили, технику оценили и Ефанова пригласили в группу художников, писавших создаваемую по инициативе Ворошилова диораму «Штурм Перекопа».