Юношество, зрелость и прочее

– Эй, подождите, – раздалось сзади.

Вадим остановился. Пот потёк по шее. Руки тоже стали мокрыми. Он медленно обернулся.

Рыжий подошёл к Вадиму.

– Есть закурить? – спросил смущённо.

– Есть, – ответил Вадим.

Вытащил из кармана пачку сигарет. Негнущимися пальцами открыл её. Выудил три штуки. Отдал рыжему.

– Держи, – протянул сигареты, – кури на здоровье. И береги себя.

– Спасибо, – ответил рыжий, – и вы тоже, это, берегите себя.

И глянул прямо в глаза Вадиму. Быстро. И жёстко. Вадим усмехнулся.

Оба развернулись почти одновременно и пошли. Один к костру. Второй к БТРу. Сергей был уже внутри.

Вадим залез в отсек. Объяснил Макарову дорогу. Тот кивнул. Завёл мотор, включил музыку. Над притихшим было городом зазвучала «Russian Vodka».

– В тему, – заорал счастливо Валентин, – музыка в тему. Поехали.

И они поехали. А двое у костра остались. Спустя несколько минут из разрушенного дома напротив к ним присоединился третий. Рыжий раздал всем по сигарете. Закурили.

– Ты чего не стрелял? – спросил чёрненький у третьего.

– Мог бы, – пряча сигарету в ладонях, ответил за третьего рыжий, – только в следующую минуту они бы завалили нас. И вообще они очень уверенно себя чувствовали. Как дома.

– Неспроста, – подал голос чёрненький.

– Их вообще слышно за три километра с этим концертом, – задумчиво сказал рыжий, – как будто специально предупреждают, что едут. Черти.

И выкинул окурок в костёр.

А «черти» в это время доехали до парка. Из которого по ним лупанули очередью из автомата. Но пули прошли над машиной, даже не задев броню. БТР, не останавливаясь, повернул налево и поехал в сторону гостиницы «Северная». Грохоча очередной песней на всю округу. Из-за туч выглянула луна. Ущербная, но дающая хоть какой-то свет в этом тёмном городе.

Приехали на улицу Красного Октября. Валентин принялся указывать дорогу. Так как раньше уже неоднократно наведывался к Мусе. Но днём. Подъехали вплотную к подъезду.

Валентин выбрался из кабины через верхний люк. Озираясь, нырнул в подъезд. Сергей вылез за ним следом и немедленно закурил, прислонясь к стене.

В пустующей гостинице напротив дома Мусы чеченский снайпер поймал курящего Сергея в перекрестье прицела. Подумал. Подтянул к себе рацию. Что-то прошептал туда. Рация помолчала, помолчала и вдруг выдала: не стрелять.