Роман с ЖКХ

По-моему, «Иностранец». Она вся состояла из блоков, в каждом из которых была реклама страны, куда можно слинять: стоимость открытия документов, сопровождение и прочее. И фотки красивые.

Выбрал Чехию. За месяц оформил все документы и отбыл с семьёй на новое место жительства. В Питере падал пушистый снег, а в Праге накрапывал мелкий дождик.

Сначала было тяжело. Но мне не привыкать. Я пахал, пахал, пахал и в итоге получил то, о чём мечтал, – дом под Прагой и успешный бизнес. Появилось свободное время. Я потихонечку набирал вес, становился ленивым.

Летели годы. Дети выросли, жена ушла. В общем, всё было отлично.

Насчёт жены. Ну как, «ушла»? Старая ушла. Другая пришла. И родила мне двойняшек, двух рыжих солнышек. Казалось, живи да радуйся, но чего-то не хватало. Тоска какая-то возникла, стало скучно.

А тут ещё в местных газетах вдруг стали писать о том, какие русские плохие, мерзавцы и обманщики. Статей с каждым днём становилось всё больше и больше. Потом чехи закрыли русскоязычную школу при Посольстве России, а затем снесли памятник маршалу Коневу.

И я понял: страна испортилась, страну пора менять. Я оформил необходимые документы. Присмотрел недвижимость в Москве. Начал распродавать то, что было заработано за эти годы в Праге.

Но случилось 24 февраля – начало специальной военной операции на Украине. Прага преобразилась. Мой любимый город задрапировали жёлто-голубыми флагами. Все разговоры сводились к войне. Моё мнение отражала одна фраза – «давно было пора».

Но никто не хотел вспоминать про 2014 год, про бомбёжки Донецка и Луганска, про погибших в Одессе, про марши нацистов во Львове и Киеве.

Мне начали угрожать, в основном по интернету. И не только хохлы. Русские тоже. Я, конечно, скептически отнёсся к этим угрозам, но на всякий случай сдал экзамен на оружие и купил себе два ствола. Жена поинтересовалась, зачем мне два пистолета. Я ответил, что руки у меня две, и начал учиться стрелять по-македонски, на всякий случай.

И таки да, я почувствовал себя евреем в гитлеровской Германии 1933 года.

Странное чувство. Еврейское дежавю. Странное и страшное. Но я русский, который пережил девяностые. Я не стал ждать, когда на моей двери нарисуют красную звезду, и продолжил готовиться к переезду ещё быстрее.

Тогда у меня был забавный случай. Устав отвечать на вопросы о своём переезде, я как-то пошутил:

– Уезжаю, потому что командировка закончилась.

– Какая командировка? – не понял мой знакомый.