Роман с ЖКХ

Незнакомый мужчина представился Владиславом Загребулько и сказал мне:

– Мы вам повестку послали. А не могли бы вы пораньше прийти к нам на беседу?

– Могли бы, – ответил я. – А когда?

– Да хоть завтра, – весело произнёс собеседник. – В три часа дня вас устроит?

– Устроит, – согласился я и добавил: – Непременно буду.

На следующий день около трёх я уже оформлял пропуск в восьмой налоговой инспекции для прохождения процедуры допроса. Встретил меня Кирилл Владиславович. Вместе с ним мы поднялись на седьмой этаж.

– Вы опротестовывать решение будете? – спросил он меня в лифте.

– Я ещё не знаю, о чём это решение, – сказал я. – Неизвестно, что опротестовывать-то.

– И не надо, – положив руку мне на плечо, заговорщически прошептал мне Шутов. – Эти адвокаты только деньги берут и ничего не делают. А с нами бодаться себе дороже. Мы же налоговики. А налогов сейчас собирается мало. Любой суд будет в нашу пользу.

– Это точно. Адвокаты только деньги берут, – кивнул я. – А вы сила. Вы государство.

Мы вошли в кабинет, где Кирилл Владиславович представил меня своему начальнику – тому самому Загребулько, который, в противовес тщедушному Шутову, был довольно крупным и в то же время подтянутым мужчиной примерно моего возраста.

– Владислав, – представился он. – Зовите меня просто по имени. Меня так все друзья зовут.

– Фёдоров, – в ответ сказал я. – Очень рад нашему знакомству. Зовите меня по фамилии.

Загребулько предложил мне присесть и начал допрос – задавал вопросы, заранее напечатанные на бумаге, и от руки вписывал в них ответы.

– Кому продали? – поинтересовался начальник.

– Квартиру – украинцам. Дом – сербам, – сообщил я и достал из своего портфеля захваченные с собой документы.

Но Владислав, даже не взглянув на них, спросил меня:

– Деньги как перевозили в Россию?

И тут я заметил, что у него дрожат кончики пальцев.

– В чемоданчике перевозил, – ответил я. – Чемодан чёрного цвета польской фирмы «Витчен». Кстати, хорошего качества. Рекомендую.

– А чего не переводами? – допытывался Загребулько. – Через уполномоченные банки.

– Так санкции же. Переводы не делают, – сказал я. – Пришлось снимать кроны, переводить их в доллары и везти, как в старые добрые времена. Декларации и всё прочее у меня есть.