Мечник. Око Перуна

Так могло бы реветь титаническое морское чудовище. Однако о чудовище никто не подумал. И финнам, и викингу хорошо известен был этот звук: голос огромного деревянного лура, сигнальной трубы. Как раз такая была на корабле Харальда.

К месту битвы стремительно приближался драккар. Финские лодки как сдуло. Так осенний ураган уносит палую листву.

Харальду было почти все равно. Противник поменялся – что ж, он будет сражаться дальше, пока есть силы. Меч очертил в воздухе восьмерку. Воин развернулся в направлении новой опасности.

Харальд не поверил своим глазам. Он узнал бы этот корабль и из тысячи. Это был его, его драккар!

И тут из глубокой раны на правом боку вылилась та последняя капля крови, благодаря которой конунг еще держался на ногах. Он упал навзничь.

Перед глазами открылось необыкновенно глубокое синее небо, в величавом спокойствии плыли облака, летала чайка. Валькирии не было.

– Значит, еще не время, – прошептал Харальд и потерял сознание.

Забытье продолжалось гораздо дольше, чем в прошлый раз.

Забытье продолжалось дольше, зато пробуждение от него было для израненного викинга гораздо приятней. Первое, что увидел Харальд, когда отрыл глаза, были склонившиеся над ним улыбающееся лицо старого друга Эйнара и озабоченное – Архимеда.

– Силен ты спать, Харальд, – усмехнулся хевдинг.

– Вот, попей-ка отвар. – Грек протянул плошку с ароматной жидкостью.

– Опять хочешь, чтобы я превратился в медузу?

– Смотрите-ка, он уже шутит! Ты теперь и так как медуза.

– Значит, скоро оклемается.

– Да, пусть пока поваляется. Шутка ли – один против целого войска.

– Да, герой…

Харальлд отпил из плошки. И снова погрузился в забытье. Точнее, это было уже не забытье, а сон. Почти здоровый.

Следующее пробуждение произошло тогда, когда дромон в сопровождении драккара входил в устье Невы. Конунг смог уже сесть. Теперь ему хотелось расспросить: как получилось, что полыхающий драккар воскрес, как птица Феникс из пепла?

– Эйнар, – позвал Харальд, – помоги мне подняться на палубу.

– Лежал бы пока еще. Архимед говорит, рана еще не зажила.

– Да мне бы воздуха свежего глотнуть да на небо посмотреть. Я будто всю жизнь в этой конуре сижу.

– Прошла всего неделя.

– Как неделя? Но за неделю можно было пройти всю Балтику!

– За неделю можно много чего сделать, и мы сделали. Давай, в самом деле, я тебя подниму наверх – посмотришь.