По следу «Серого». Автобиографическая повесть (книга вторая)

И, наконец, к третьей категории относились бандиты, которые были насильно угнаны в банды. Они сознательно стремилась отойти от националистического движения, потому что с самого начала поняли, какой вред, страдания, беды несет оно людям. Но уйти из банды им не давала тревога за жизнь своих родственников, близких. Стоило только кому-то объявиться с повинной в органах НКВД или Советской власти, как туг же над хатой его отца с матерью вспыхивал «красный петух», а вся семья безжалостно вырезалась оуновцами по приказу главаря.

Операция, которая была запланирована на 10 октября 1944 года, готовилась давно, но у оперативников еще не было достаточно точных сведений о численности, вооружении, а главное, о связях банды с другими формированиями оуновцев и гитлеровцев. И когда такие данные были получены, день и час «Ч « настал».

…Группу людей, одетых в разномастную одежду: зипуны, телогрейки, полушубки, немецкие и румынские шинели, и даже в женское пальто, наши бойцы, сидящие в засаде, увидели сразу, хотя бандиты шли осторожно, гуськом друг за другом.

Среди прочих бандитов легко было выделить из общей массы «драбанта», то есть телохранителя главаря банды, широкоплечего, под два метра ростом. В широком смысле это слово означает «раб, слуга». Именно телохранители, как верные слуги, принимали на себя первый удар в случае опасности. Первая пуля предназначалась именно им. По сути, это были смертники, поэтому воздействовать на их сознание, дабы уговорить их сдаться в плен или выдать своего хозяина – дело не только бесполезное, но и хлопотное.

Вторым шел главарь, в шапке, одетой на самые глаза, с трезубцем – символом оуновского движения – на ней.

Стрелять было еще рано – можно спугнуть бандитов. Но желание выпустить в него все патроны было настолько велико, что ладони рук зачесались невыносимым зудом.

Взахлеб застрекотал ручной пулемет, застучали автоматные очереди». «Бах! Бах! Бах!» – раздались винтовочные выстрелы, напоминающие звук ломающегося сухого валежника.

Наша стрельба была для бандитов настолько неожиданной, что они оказались парализованы страхом, отчего их охватила неописуемая паника.