Мать королей

Он сетовал, что дела государства не оставляют времени на домашнее счастье, а он бы с удовольствием отдохнул.

Сонька в этот день была неразговорчива, только слушала.

Назавтра он нашёл её такой же, как вчера, не была ни грустной, ни весёлой. Он хотел из неё вытянуть какое-нибудь слово упрёка, она ему отвечала, что забот ему прибавлять не хочет, а что ей досталось, терпеливо готова сносить.

Когда был у королевы, он велел привести дочку Ядвигу, и, неловкий в общении с детьми, при Соньке он начал увещевать её, что она должна любить мачеху как родную.

– Я на тебя не жалуюсь, – сказала она ей, – потому что нельзя приказать любить, но скажите, но скажите, разве я обхожусь с вами не по-матерински, разве я обижаю вас?

Принцесса невнятно бормотала, очень смущаясь, объясняя, но, несмотря на настояния отца, не желая стать мачехе ближе. Её постоянно кормили недоверием к ней.

Эта неприятная сцена, вместо того чтобы улучшить отношения, раздражила обе стороны, а когда заплаканная Ядвига вышла, Сонька холодно сказала, что только время может преобразить сердце девушки, и что обращать его насильно не стоит.

Весь день король думал и боролся с собой, как ему поступить. Случай ускорил развязку и обычные для Ягайллы колебание и промедлением запечатал внезапным решением.

Когда после обеда он отдыхал, сидя у окна, выходящего на сени, так, что его не было видно, и невольно прислушивался к смеху и разговору молодых придворных, стоявших неподалёку от дворца, вдруг услышал знакомый ему голос Хинчи из Рогова, который кричал:

– Страш! Подожди, Страш! Королева приказала тебе ехать в город и искать Мшщуя, отправленного за иголкой, он с утра не возвращается, потому что наверняка где-нибудь в пивнушке сидит.

Страш Ян из Белачова принадлежал в то время к королевским каморникам, а человек был надменный и грубый, он пытался понравиться королеве и заслужить её расположение, что ему не удалось.

Злой Страш закричал:

– Будешь мне ещё приказывать! Я под тобой ещё не служил!

– Я не от себя, а от королевы приказ принёс, – закричал Хинча.

– Какая королева! – дерзко прервал Страш. – У меня тут нет никакой королевы.