Мать королей

Королева не жаловалась на это Ягайлле, терпеливо переносила. Приезжая из своих путешествий, король сажал рядом маленького Бранденбурга с одной стороны стола, Ядвигу – с другой, радовался им, но ничего не видел и ни о чём не догадывался.

На дворе в тех кругах, которые королева ещё не задобрила, сеяли слухи об опасностях, какие угрожали бедной сироте, сочувствуя её судьбе. Об этом доносили Соньке, она презирала клевету и не чувствовала себя виновной. Делала что могла, время должно было доделать остальное.

Когда Ягайлло приезжал с постоянных объездов страны и охоты, на пороге замка он всегда встречал улыбающуюся, любезную, довольную королеву, без слова упрёка на губах.

На праздник Вознесения он как раз возвращался из-под Чёрштына, куда его снова вытянул Сигизмунд. Королева, как всегда, готовилась его принять. Вместе с Ягайллой ехали наболее видные паны, которые его сопровождали для заключения мира.

Старый, неутомимый господин, который никогда долго на одном месте не мог усидеть, порой, однако, радовался, когда возвращался в Краков. Был он там таким же хорошим гостем, как и в другим местах, но там чувствовал своё гнездо, когда Вильно уже отдал в чужие руки.

Услышав новость о его приближении, Сонька выехала приветствовать короля, взяв с собой Ядвигу и Бранденбурга, с таким великолепным и нарядным двором, что весь город выбежал поглядеть на них. Ягайлло не любил этой пышности, королева находила её нужной и приятной.

Соньку окружали многочисленные придворные, с одной стороны она вела неохотно её сопровождающую Ядвигу, с другой стороны – её маленького наречённого.

Встреча у Прудника была очень нежной со стороны короля, который, спешившись, при всех обнял жену, потом целовал дочь и поднял вверх для поцелуя маленького мальчика. Он радовался возвращению и говорил, что устал и стосковался. Там развернувшись, они ехали назад в город, а так как Ягайлло разговаривать не любил, только брошенные слова других побуждали его к рассказам и он смеялся.

В замке многочисленный двор ждал короля, по которому тем более соскучился, что Ягайлло охотно одаривал тех, кто при нём находился, и скучали по нему больше из-за подарков, в которых он никогда не отказывал, чем по нему самому.

Каждый приезд в Краков старик оплачивал обильно, готов был раздавать что только имел и пока имел.