Мать королей

Хотя для неё было не так много времени, две телеги набитого зверья плелись за королевским обозом… король, как всегда, ими хвалился. Несмотря на то, что эта поездка, завершённая очень быстро, была специально предпринята с маленькой свитой, она выглядела богато и по-королевски.

Именно потому, что Ягайлло по привычке ехал в простом бараньем кожухе и даже броского плаща на нём не носил, только серый, польские пани и двор тем изысканней нарядились, желая, чтобы могущество и силу Ягайллы видел весь свет.

Их сопровождающие копейщики, челядь, каморники, оруженосцы, возницы выглядели гораздо роскошней короля.

Каждый из урядников и польских панов вёл с собой приличный отряд, шубы у всех были покрыты пурпуром, колпаки, пояса, упряжь светились от золота. Фигуры и лица тоже были серьёзными и рыцарскими. В них чувствовались те освобождённые люди, уверенные в себе, сенаторы и паны, которые шли в помощь своему господину, но ему как рабы не служили. Когда все, что обращались вокруг Витовта, дрожали, тут каждый, начиная от Збышка, держали голову вверх.

Витовта сопровождали литовские бояре, богатые, важные, нарядные, было видно, что служили ему, но ни своей воли, ни свободного слова у них не было. Два отряда были непохожи, как небо и земля, и паны их были тоже в противоречии друг с другом.

Добродушный и не лишённый хитрости Ягайлло был больше отцом своих, чем королём, Витовт же был вождём и полновластным паном. По его кивку они готовы были пойти повеситься, как наёмные татары под Грюнвальдом, так тут все бояре готовы были в огонь и воду.

Король сначала должен был поговорить с польскими сенаторами, прежде чем пошли бы вслепую.

Потом, сев на коней, они поехали дальше; они впереди, за ними сперва духовенство, потому что вместе со Збышком были капеллан и писарь, затем воевода Краковский, урядники двора, каморники и рыцарство.

Ягайлло, которого уже один вид Литвы делал радостным, смеялся и шутил. По пути для него было полно старых воспоминаний. Он знал все эти леса, помнил не одно пребывание в Троках.

Его лицо только на мгновение омрачалось и по лицу пробегали тучи, когда он невольно считал, сколько прошло лет с тех времён… и каким был уже старым, хоть таковым ещё не чувствовал себя.

Он улыбнулся, когда, выехав из леса, увидел озеро, стены обоих замков, на фоне зимнего вечера светящиеся огненными окнами, весело поднимающийся вверх дым и возле первого замка группу любопытных людей, которые при виде своего пана и короля начали кричать им по-литовски.