Мать королей

Мы должны стараться отговорить короля, но это не пройдёт легко.

От того, чтобы сопровождать в замок, Войцех ловко отказался, Олесницкий один появился в Вавеле.

Король после раннего обеда уже ждал его в нижней маленькой комнате, один. Приветствие со стороны Ягайллы было сердечным, исполненным уважения, но в то же время и полным важности со стороны духовной особы.

Король, насколько мог, прояснил лицо. Начал сперва рассказывать о своей охоте и о звере. Збышек терпеливо слушал… Король велел ему сесть. Для хорошо знающего Ягайллу уже было очевидным, что начинался очень важный и раздражительный разговор.

Ягайлло начал с того, что обнял его.

– Я помню, – сказал он взволнованно, – что вы спасли мне жизнь и желаете мне добра, говорите правду, когда иные подлизываются и кормят меня лестью. Оставайтесь мне таким же верным и теперь.

Он посмотрел в глаза молчавшему.

– Почему вы против брака? – выцедил он наконец.

Збышек покачал головой.

– Ни вам, король мой, ни Польше он не нужен, – сказал он резко. – Вам скоро семьдесят лет, это не возраст для брака. Брак установлен Богом и церковью для продолжения человеческого рода, а вы уже потомства ожидать не можете.

Король весь затрясся.

– Почему? – воскликнул он быстро и с заиканием. – Я в лесах жил, жизнь у меня крепкая, сил больше, чем у вас, что сидите в четырёх стенах.

Збышек немного помолчал.

– Ваши привычки также не созданы для домашней жизни с женщиной, – сказал он, – для самой милой жены вы не пожертвуете ещё более милой охотой.

Король рассмеялся.

– Дайте мне такую, которая бы сумела удержать меня при себе.

Збышек пожал плечами.

– Не знаю такой… а знаю то, – сказал он, – что Офка, вдовствующая Чешская королева, не будет для вас той, какую желаете. Что же говорить про других!

Король опустил глаза и через минуту шепнул:

– Нужно кого-нибудь послать к Офке, чтобы увидел её и познакомился, и дал мне отчёт… но я не настаиваю на ней.

Удивлённый ксендз отступил на несколько шагов.

– Значит, уже что-то новое? – спросил он. – Не короля Римского сваты?

Ягайлло отвечал улыбкой и кивком головы.

– Я рад бы жениться на русинке, – добавил он.

Олесницкий стоял грустно-задумчивый.