Мать королей

Назавтра, хоть объявлена была охота в лесу, встав с утра, а скорее, проснувшись, потому что, не вставая с кровати, Ягайлло, как обычно, нежился в ней, он приказал приготовиться, чтобы ехать в Краков.

Жаль королю было леса, потому что города и жизни в нём не любил, а в замке без радости закрывался; он ехал грустный, но уже эта красавица русинка была у него в голове. Чем более молодой Цебулька её описывал, тем более жадным был на этот кусочек старик.

Однако он всю дорогу думал, как поговорит о том с панами.

Они его в целом отговаривали от позднего брака, на котором он упорно настаивал; а с духовными лицами и своими баронами пререкаться не любил и не умел.

Больше других он боялся Збышка из Олесницы, который с того времени, как ему под Грюнвальдом спас жизнь, стал его любимцем, а из любимца грозился быть паном. Этому ничего не стоило сказать правду, хоть неприятную, королю, ни одной его слабости никогда не потакал, бросал её ему в глаза, и ничем не давал себя подкупить.

Ягайлло часто на него гневался, отправлял, надувшись, но вскоре потом звал и прощал.

Упрекали короля в слабости; он, действительно, не имел Витовтовой силы и энергии, но имел христианское сердце, способное просить прощения у обиженного и признать свою ошибку.

Ягайлло дал доказательства этой добродетели, когда сам поехал к резко переведённому из Кракова в Познань, под предлогом ослабления власти, епископу Петру Вышу, когда тот был на смертном одре, просить, чтобы забыл вину.

Чем более послушным был король, тем больше преобладания получали над ним люди, подобные Збигневу из Олесницы.

Прибывш в Краков, нетерпеливый Ягайлло сразу послал в приход Св. Флориана за Збигневом.

Был это уже в глазах всех будущий епископ Краковский, хотя до сей поры эту столицу занимал Войцех Ястжебец. Ожидали смерти первого польского примаса в Гнезне, чтобы поместить Збышка в Кракове или Гнезне.

Войцех, епископ Краковский, ребёнок одного из самых старых шляхетских родов Польши, который уже в то время от большого распространения насчитывал в себе обедневшие ветви, вышел из малого, но добился многого своей учёностью, теологическим образованием, доказательства которого были в сочинениях, и мы также скажем, большой гибкостью характера, свойственной тем, которые желают взобраться в гору, а тяжёлых боёв за это вести не хотят.

Он не был противником Збигнева из Олесницы, но ни слугой его, ни инструментом быть не хотел.