Крестоносцы 1410

Ян, – мои женщины, которые там живут, больше об этом знают, но как женщины, только то, что там собирается всякая сила и гнев, и великое упорство.

Король посмотрел на него.

– Что вы мне говорите, ксендз Ян? Что вы нам предсказываете?

Задумчивое лицо старца, словно от лампы, горящей в груди, начало оживляться и проясняться; он светился, вдохновлённый, и в глазах рос.

– Земных дел я знаю мало, – воскликнул он, – я мало их понимаю. Я прошёл пилигримом значительную часть орденских земель, останавливался в их замках, смотрел на жизнь, удивлялся тому Ордену, повсюду идущему с крестом, но с языческим духом и высокомерием!! Никогда Бог гордым и полагающимся на себя не даёт долгих побед.

Радоваться им позволит, чтобы их ещё больше смирил и раздавил. Кто идёт с Богом в сердце – побеждает. Они Богом пользуются, а не служат Ему.

Княгиня, слушая, немного побледнела и опустила голову, казалась недовольной этой речью.

– Сила Ордена велика, – проговорила она, – и не всё в нём плохое и грязное: я не защищаю их, но страшусь.

За ними же папа римский, за ними король Сигизмунд, Империя и вся Германия; за ними сокровищница их и наука, какую имеют, и народ рыцарский.

– А с нами будет Бог! – отпарировал ксендз. – На чьей же земле сидят? Почему себе её узурпировали? Страдания и неволя покорённого люда, на который я смотрел, взывали о мести за него.

– Отец мой, – прервала княгиня, – не подстрекайте короля на войну, – лучше бы вы его к миру склоняли.

– Бог свидетель, не на агрессивную войну заманиваю, потому что я – священник Бога мира, – сказал кс.

Ян, – но для защиты духа добавляю, а говорю тем, чем меня совесть вдохновила.

Он с покорностью опустил голову и умолк: на лице княгини выступил румянец.

– Послушайте, что говорят те женщины, – бросила она живо, – всё-таки это сестра ксендза.

– Ваша сестра? – вставил король. – С радостью послушаю.

Они вернулись к шатрам. Ксендз шёл за королём. Княгиня подозвала стоящих рядом Носкову с дочкой и приказала им присоединиться.

Этот приказ Офка тоже поняла, как касающийся её и, не желая отпустить мать одну, устремилась за ней к королю, который на идущих женщин, красиво и богато одетых, смотрел с интересом. Красота обеих произвела на него видимое впечатление, однако же, сестре ксендза Яна и её дочке доступа ближе к себе не рад был позволить и отступил на несколько шагов назад, давая понять, чтобы стояли вдалеке.

С равным интересом вдова и её дочка всматривались в короля.