Графиня Козель

– Нет! Я не буду, не хочу быть жертвой, – прервала ее Анна, – успокойтесь, сударыня, я слишком горда, лучше нужду терпеть, чем унижение.

Княгиня Тешен посмотрела на нее долгим взглядом и вздохнула.

– Не ты, так другая, мой час пробил, но заклинаю тебя, если у тебя хватит сил, отомсти за нас всех, оттолкни его, облей презрением. Ведь это вопиет о мщении к Богу.

Тешен опустила вуаль на лицо и молча протянула Анне руку:

– Ты предупреждена, защищайся…

Она быстрым шагом направилась к двери, а Анна застыла на месте, не в состоянии вымолвить ни слова.

На лестнице Тешен ждал тот, кто привел ее сюда. Подбежав к носилкам, она опустила было занавеску, но вдруг увидела молодого офицера, с тревогой глядевшего на нее.

Его красивое, благородное лицо, мужественное и энергичное, побледнело, исказилось негодованием и болью. Он, казалось, не верил своим глазам… Несмотря на присутствие двух носильщиков, собравшихся уже поднять с земли носилки, он не выдержал и подбежал к ним.

– Княгиня! – вскричал он в волнении.

 – Что я вижу? Как, вы тайком отправляетесь на свидание? Скажите всю правду, заклинаю вас, и я тотчас вскочу на коня, чтобы более сюда не возвратиться. Я с ума схожу от любви к вам, а вы… – Он закрыл руками лицо.

– Вы действительно сошли с ума! – с запальчивостью прервала его княгиня. – И не только сошли с ума, но и ослепли – или вы не видите, что я выхожу из дома Гойма? Надеюсь, вы не подозреваете, что я влюбилась в него? – Княгиня схватила офицера за руку.

 – Идите рядом, следуйте за мной, я не отпущу вас, пока не объясню все. О, если и вы в такую минуту покинете меня, обвинив в чем-то, это будет уже слишком! Этого я не перенесу!

Прекрасные, застланные слезами глаза княгини, обращенные к молодому человеку, руку которого она держала в своей руке, говорили так много, что тревога сбежала с его лица, и оно просияло.

Он последовал послушно за носилками до самого дворца, на лестнице подал княгине руку, и они вместе вошли в дом.

Усталая и разбитая Урсула, держась за голову, опустилась на диванчик, указав своему спутнику место подле себя.

– Князь, я вне себя от гнева и возмущения, я была у той, которую подлые враги мои привезли сюда, чтобы развлечь короля, а меня изгнать, лишить влияния. Вы слышали о жене Гойма?

– Нет, не слышал, – ответил молодой князь (это был Людвиг Вюртембергский), – знаю лишь, что над бедным Гоймом подшутили – напоили его, чтобы заставить показать жену.