Белый князь

Дали ему отдельную комнату, которая имела вход с тыла, собственные сени и каморку, конюшни для лошадей, помещение для слуг, – и Веруш, который похож был на отца, принял его как брата.

Он рад был этому товарищу, который мог ему рассказать о дворе и о странах, какие посетил с Казимиром, или в которые он его посылал с другими.

Привыкшему к жизни в Вавеле, где всегда бывало шумно и кучно, откуда только три шага было до оживлённого города, Ласота Большую Деревню находил пустой и глухой, но приятно ему было отдохнуть и вспомнить молодые годы, проведённые в деревне.

Дерслав же то и дело ему повторял, что его не будет там век держать в заключении, и что будут дела.

Кроме старого хозяина, его сына, жены, дочки и пробоща, который жил в городишке и был постоянным гостем, мало кого там видели. Всё-таки прилетали разные новости из света, с Познани и Гнезна. В Большую Деревню наведывались землевладельцы, бывали ксендзы у пробоща, кметы из деревни и соседних лесов также иногда приносили слухи.

Вскоре Ласота заметил, какое расположение было в стране, потому что всё, что сюда приходило, что повторяли, свидетельствовало о враждебности к малополянам и королю. Только такие вести повторяли охотно, которые им угождали.

Здесь вскоре узнали, что Пжедислав из Голухова, который был губернатором, уже терял авторитет и на его место обещали посадить краковянина, что сильно возбудило умы.

– Пусть попробуют нам сюда прислать иноземца, – говорил Дерслав, – и увидят, долго ли он у нас продержится! Мы выкурим его… хоть бы был самым лучшим, потому что в своей земле чужим людям править не дадим.

На другой день пришла новость, что король Людвик, забрав с собой корону, уехал в Буду, а свою старую мать оставил в Кракове. Как та правила, не говорили. Смеялись и пожимали плечами…

Каждый легко догадывался, что должно было наступить не её правление, а её милых любимцев.

Несколько раз старик выезжал за информацией то в Познань, то в Гнезно, то к соседям, которые жили у трактов.

Был это клирик, мужчина средних лет, в котором с первого взгляда был виден потомок рыцарского рода, потому что плечи и грудь были скорее созданы для доспехов, чем для сутаны.

Родственник пана Дерслава, потому что принадлежал к роду Наленчей, Ян из Чарнкова, занимал уже достаточно высокую должность, потому что был подканцлером.