Инструктор. Законопослушные граждане

Петрович обреченно вздохнул и проговорил:

– Так что, Илларион Константинович, нет никакого шанса выжить парню?

Забродов после такого заявления взорвался:

– Да чего ты хоронишь парня!? И с чего ты, Иосиф Петрович, вдруг решил, что его хотят убить?

Говорков печально затряс своей кудлатой, уже отяжелевшей головой и с апломбом заметил:

– Чувствует сердце старика.

Забродов недовольно произнес:

– У тебя, Говорков, только нос может безошибочно чувствовать запах водки!

Говорков нерешительно дернул своими худыми плечами, однако сильно возражать не стал, только тихо пробубнил себе под нос:

– Одно другому не помеха.

Забродов посмотрел на соседа и напряг слух, чтобы услышать, что же сказал его гость, однако почти ничего не разобрал.

– Что ты сказал, Петрович? – переспросил Забродов.

Говорков тряхнул головой и пробурчал чуть громче:

– Значит, помощи ожидать не приходится.

Забродова этот глупый разговор и особенно выводы подвыпившего соседа уже начали раздражать, и он решил, что пора заканчивать посиделки.

– Иди проспись, дорогой, а завтра похмелимся, и все будет в других тонах и красках, – сказал Забродов Говоркову.

Иосиф отрицательно мотнул кудлатой взъерошенной головой и, взглянув на Забродова, проговорил:

– Не будет, Илларион, чую сердцем – не бу-дет!

– Петрович, очнись! – воскликнул уставшим голосом полковник. – Да кому он нужен? Он что, большой мафиози, знаменитый олигарх или, может, президент банановой республики? Он никто! Он просто футболист! А спортсменов не отстреливают! Им аплодируют, и их носят на руках, дорогой!

При напоминании об аплодисментах Говорков резко встал и, опираясь одной рукой о стол, поднял другую руку вверх и проговорил:

– Правильно, Константинович, и на руках носят, и аплодируют, а потом освистывают и забывают! Но что самое страшное, порой стреляют.

– Ты, наверное, перепутал Россию с Палермо… – заметил Забродов.

– Нет! – сказал Говорков, решительно мотнул головой и кашлянул, набираясь сил для новой словесной тирады.

Илларион Забродов хотел прервать Говоркова, но тот еще выше вскинул руку и продолжил свой монолог:

– Разве ты не слышал, Илларион Константинович, что недавно в Санкт-Петербурге убили футболиста?!

При упоминании города на Неве Забродов сразу вспомнил о прекрасной коварной блондинке.

– Что-то слышал… – уклончиво ответил он Говоркову.

– Вот тебе и Сицилия! – громко и укоризненно воскликнул Иосиф Петрович.