Инструктор. Кровавый реванш

– с удовольствием, от чая не откажусь, – сказал Илларион, снимая темно-синюю куртку.

Они прошли на кухню.

– Присаживайтесь. Какой чай вы будете – черный или зеленый? – поинтересовалась Ирина.

– Зеленый в самый раз, без сахара, – ответил Илларион, присаживаясь за кухонный стол.

– Хорошо. А я налью себе кофе. Плохо спала. После гибели Виктора у меня жуткая бессонница. Сплю за ночь не более двух часов.

– Я вас понимаю, – с сочувствием произнес Забродов.

Ирина поставила перед Илларионом чашку с зеленым чаем и присела напротив, вдыхая густой, терпкий аромат кофе.

– Угощайтесь, это домашняя выпечка по рецепту моей бабушки.

– Спасибо, – Илларион взял печенье и положил его в рот. – Действительно очень вкусно, – произнес он и сделал глоток горячего чая.

– В этом печенье есть молотый фундук, а еще изюм и корица. Сочетание этих трех ингредиентов и делает его вкус таким неповторимым.

Некоторое время они молчали, а затем Ирина спросила:

– Вы ведь пришли не для того, чтобы нас просто утешить? Или я ошибаюсь?

– Вы проницательная женщина, – подметил Забродов.

– Это тоже от бабушки.

– Я был дружен с вашим мужем, и у меня есть кое-какие сомнения.

– В смысле?

– Я пока не могу всего объяснить, может, потом.

– Ох, эти ваши секреты… Муж всю жизнь работал в спецслужбах, разговоры о его работе он сразу же пресекал.

– Иначе у нас просто нельзя, – пожал плечами Илларион.

– Но вы хоть можете сказать, какого рода у вас сомнения и насчет чего или кого? – глядя в глаза Забродову, спросила Ирина.

– Поверьте, пока не могу, в том числе и из соображений вашей безопасности.

– Типа меньше знаешь – лучше спишь?

– Вроде того. Я бы хотел посмотреть кабинет Виктора Степановича. с вашего позволения, конечно. Возможно, он делал какие-то пометки, записи в блокнотах… Это очень важно, просто поверьте мне на слово.

– Не знаю почему, но вы внушаете доверие. В вас чувствуется какая-то основательность, стержень.

– Спасибо.

– В последнее время он был непохож сам на себя.

– Расскажите, Ирина, в чем это выражалось, – попросил Илларион.

– Обычно Виктор приходил домой в хорошем настроении и говорил: «Служебные дела я оставляю за спиной». Он играл с детьми, много шутил. Но в последние пару месяцев его словно подменили. Он приходил с работы угрюмый, задумчивый. Было заметно, что его что-то сильно волнует.