Дух воина

Он извлёк оттуда стопку купюр достоинством в тысячу рублей и протянул Заречному.

– Ви не возражаете, шо я расплачиваюсь дэрэвянными? Может быть, ви хотели бы получить в валюте? – спросил он, когда посетитель начал распихивать деньги по карманам.

– Нет, меня вполне устраивают наши деньги, – ответил Иван, – во всяком случае пока.

– Хорошо, тогда я имею у вас спросить, когда ви будете любезны появиться здесь снова?

– На днях, – не стал уточнять бывший разведчик.

Ну шо ж, Лёва Цвейбер к вашим услугам в любое время дня и ночи, хотя, пожалуй, что ночь давайте оставим для более приятных момэнтов, – подмигнул гостям ювелир, а когда те направились к выходу, негромко крикнул вслед, – Антон, я могу вас задэржать ещё буквально на пару слов?

Когда за Заречным закрылась дверь, Цвейбер подошёл к Чеху, деликатно взял его под ручку и, развернув спиной к охраннику, негромко спросил:

– Скажите, Антон, а насколько ви увэрэны в этом человеке?

Он кивнул головой на дверь, за которой только что скрылся странный обладатель алмазов.

– Не переживай, Лёва, этот человек очень надёжный.

– Это хорошо, это хорошо, – произнёс ювелир, выдохнув облегчённо. – Ви знаете, Антон, всё своё детство я прожил в доме, напротив которого располагалась городская тюрьма. Так вот, я бы не хотел остаток своей жизни прожить напротив своего дома.

– Можешь не беспокоиться, я за него ручаюсь.

– Ну и слава Богу. Вам, Антон, я довераю, как самому себе.

– Ты обратил внимание, как он резко поменял отношение к тебе, когда увидал твои алмазы? – спросил Заречного Чех, выйдя к нему на улицу.

Он нажал на кнопку брелока, и машина вновь мигнула фарами, издавая характерный звук отключившейся сигнализации. Иван открыл дверцу и упал в мягкое кресло автомобиля.

– Послушай, бача, но это ведь не наследство, как ты говоришь, а? – спросил бизнесмен, обойдя машину и усаживаясь за руль.

Чуть слышно хлопнула дверца, автомобиль почти бесшумно завёлся и, развернувшись на ближайшем перекрёстке, поехал в обратном направлении.

– Наследство, – буркнул Иван, не желая распространяться по поводу того, как именно он приобрёл эти драгоценные камни.

– Ну, дело твоё, – несколько обиженно проговорил Чех, а затем, уже бодрым голосом, добавил, – но только теперь я тебя, бача, так просто не отпущу.