Дух воина

Эти фастфудовские пирожки не шли с пышками рыжеволосой хозяюшки ни в какое сравнение. Но голод брал верх над рассудком, и «шедевры» местной кулинарии медленно перекочевали в его желудок.

За воспоминаниями и размышлениями день прошёл почти незаметно. Время от времени, когда пятая точка от долгого сидения начинала побаливать, Иван, оглядевшись, чтобы поблизости никого не было, делал небольшую разминку с приседаниями и отжиманиями. После полудня в парк начал стекаться народ, но так как день был будничный, то большого наплыва людей не было.

Спросив в очередной раз у проходящей мимо парочки влюблённых, который час, Заречный решил, что пора идти к назначенному месту встречи. Его желудок вновь запел свою заунывную песню о том, как неплохо было бы подкрепиться, на что получил обоснованный ответ: «В прошлом ты сорок дней ничего не ел и остался живой, так что и сейчас прекрасно обойдёшься без пищи». После такого объяснения взбунтовавшийся орган, и правда, притих, а его хозяин почувствовал себя намного лучше и спокойнее.

Кафе «Прибой», к которому Иван подошёл гораздо раньше назначенного срока, как и несколько других в центре города, принадлежало Чеху. Прохаживаясь вдоль парапета, отделяющего тротуар от территории летней зоны кафе с редкими в это время посетителями, Заречный вдыхал ароматы кофе и жареного мяса, но, как ни странно, не получал ни возбуждения аппетита, ни желания это съесть. «Видимо, Велимудр очистил моё тело конкретно, – думал Иван, – теперь оно на все эти неестественные для здорового человека раздражители попросту не реагирует».

– Молодой человек, огоньку не найдётся? – раздался сзади знакомый женский голос.

Заречный обернулся на голос и, увидев окликнувшую его женщину, лишился дара речи. Перед ним, в одном из своих расшитых своеобразной вязью сарафане, стояла Анастасия из того далёкого прошлого, откуда он только вчера ещё вернулся, и улыбалась своей лукавой улыбкой.

Глава 7

Иван, открыв рот, стоял и глупо пялился на женщину, не в силах произнести ни слова.

– Ну, чего застыл, сигареты, говорю, не будет? – вновь зазвучавший голос вернул его в реальность, и видение исчезло.

Теперь перед ним стояла современная женщина, которая, судя по внешности, принадлежала к касте жриц любви. Свой возраст, который, скорее всего, успел перевалить за четвёртый десяток, она безрезультатно пыталась скрыть непомерно толстым слоем грима.