Атаман. Черная месса

Брови у «Леонида Ильича» были прилеплены совсем недавно и плохо держались, время от времени он подправлял их пальцами.

Делились последними впечатлениями. На дальнем конце стола кто-то рассказывал о презентации, где ему нужно было произнести шуточное приветствие гостям. Набеленная, похожая на покойницу дама с фиолетовыми веками и подведенными сверх всякой меры глазами уверяла, что старушка в магазине обратилась к ней как к Грете Гарбо. Поцеловала руку и сделала комплимент, что выглядит она прекрасно. Спросила, приехала ли она в Москву сниматься или просто на осмотр достопримечательностей.

«Грета Гарбо» говорила с сильным акцентом, но время от времени забывалась, переходя на обычный московский говорок. Зато «Петр Первый» не упускал случая вставить в свою речь «паки», «токмо» или «зело». Он ездил подработать в Питер, привез кучу снимков, где был заснят с туристами на Дворцовой площади. С удовольствием сообщил, насколько дороже было сняться у фотографа с «императором», чем просто так. Люди снимали и на свои «мыльницы», тогда все деньги шли ему.

Следование «образу» не переходило разумных границ. «Ельцин» с «Горбачевым» не думали ссориться. «Гитлер» не пытался проповедовать человеконенавистнические идеи – пил чай и нахваливал пирог с яблоками. В отличие от «брежневских» бровей его косая челка была подлинной.

«В самом деле шоу уродов, – думал про себя Олег. – Зачем я здесь? Что у меня общего с этими больными на голову людьми?»

Тем временем толстенькую «Аллу Борисовну» уговорили спеть.

«И ведь все сейчас будут аплодировать. Понятно, почему этим уродам так нравится встречаться. Ведь только они сами и принимают друг друга всерьез, остальные смотрят на них как на шутов гороховых».

– Сообразим насчет гадости? – вдруг просипел ему кто-то на ухо – Хоть за рубли, да за свои.

«Высоцкий, – понял Олег. – Будет говорить одними цитатами».

– А то здесь поют такими злыми голосами, – «Володя» быстро подтвердил предположение.

«Пора убраться, – решил Олег. – Еще перекинется эта зараза общего помешательства».

– Как к вам, извините, обращаться? – спросила через стол молоденькая «Бритни Спирс» с тяжелым подбородком.

– Петр Алексеевич.

Кириллов не хотел называть реальное свое имя, собирался назвать любое, первым пришедшее на ум. Но первыми на ум пришли имя и отчество генерала Крайнева.