Дипломат

– Вот моя спасительница, моя надежда и моя умница! Не забыла, не бросила старика на растерзание цветочным вампирам, – кинулся он к Танюше целоваться.

– Дядя Ваня, что за бардак, дым коромыслом, хоть топор вешай и открывай форточку. Рассказывай, только коротко, обстановку за время моего отсутствия.

– Докладываю, дорогой мой заместитель, – завал.

– Я так и знала, вперед на баррикады! Впереди «октябрьские» праздники, надо выполнить сотни заявок.

Вечером в конце рабочего дня сели пить чай.

– Таня, ты знаешь, сколько мне лет?

– Конечно, день рождения у вас летом.

– Не буду ходить вокруг да около. Я хочу в Сельхозакадемии предложить твою кандидатуру на мое место. Как говорится, молодым везде у нас дорога, старикам у нас почет.

– Спасибо, Иван Семенович, за хорошее предложение, не могу.

– Что, тебе предложили место ректора в академии? – засмеялся Иван Семенович вместе с Таней.

– Пока нет, но будем надеяться.

– Значит, молодой ревнивый муж не пускает красавицу-жену на работу?

– Вы не правы, дядя Ваня, просто весной мы должны уехать.

– И то дело, – пробормотал старый цветовод.

– Куда ты собралась, в Москве работы для тебя непочатый край.

– Туда, за мужем, как нитка за иголкой, – засмеялась Таня.

– Видно, хороший у тебя мужик, если ты за ним и в огонь и в воду?

– Согласна с вами, товарищ начальник. Поехала домой, уже поздно, муж будет ругаться.

– Езжай уже, не забудь букет и передай своему суженому, что ему сильно повезло.

– И мне тоже. Это любовь с первого взгляда!

– Скорей беги на электричку, а то майор за опоздание на гауптвахту посадит.

В вагоне Таня смотрела в окно и вспоминала, как подавали заявление в загс. Коля по дороге рассказывал о каких-то изменениях в правилах загса. Она ничего не могла понять. Они расписались в толстой книге, их торжественно объявили мужем и женой. Коля быстро одел ей на палец колечко, а она ему. Поцеловались и через пять минут были уже на улице. Таня с удивлением спросила.

– Что это было? Эта тетя всё перепутала. Должна была принять заявление, а взяла и расписала.

– Танюша, ты же не против?

– Ты не разведчик, ты шпион и шантажист, я тебя поколочу.

– Не вели казнить, вели миловать, – Коля встал на колени и поднял к небу руки.

Прохожие шли, с интересом оборачивались, глядя на эту сцену.

– Встань с колен не позорься, перед людьми стыдно.

– Не встану, пока ты не помилуешь своего непутевого мужа.