Сovert Netherworld. Бесконечность II. Медальон погибшей принцессы

Сзади раздалось покашливание. Ксения обернулась.

Подпиравший балку дома Кирсанов шутливо отсалютовал ей кружкой. Она даже забыла о нем из-за этого камня.

– Спасибо за чай, – сказал он, – и за то, что выслушали, я, пожалуй, пойду.

Молодой человек вышел на крыльцо.

Авалова философски вздохнула и посмотрела на Снори.

– Что думаешь? – спросила она.

Кот посмотрел на хозяйку выразительным взглядом, встопорщив усы и красноречиво мяукнул.

– Предатель, – констатировала Ксения – на юга захотел!

Девушка бросила взгляд на молодого человека, который на секунду задержался и наблюдал за ней с короткой улыбкой.

– Знаете, а вы ему понравились, – сказала Ксения, потрепав Снори по загривку, – поэтому я поеду с вами, но только при исполнении двух условий…

– Каких? – спросил Кирсанов, его вид говорил о том, что, если она его сейчас попросит прыгнуть в ледяную прорубь и просидеть там часов этак восемь, он это сделает.

– Чтобы не случилось, – сказала Ксения, – вы всё время будете слушать только то, что говорю вам я, и делать будете только то, что говорю вам я, – девушка впервые за время разговора протянула руку.

Кирсанов с облегчением сжал ладонь Аваловой.

– Идет. – улыбнувшись, сказал он – А второе?

Девушка секунду помолчала, после чего белозубо улыбнулась.

– Вы подружитесь со Снори, – сказала она, не убирая улыбки, – это главное условие.

Молодой человек смущенно кивнул. Наверное, он ожидал всё-таки чего-то более серьезного.

* * *

Ольвия встретила ярким майским солнцем и легким морским бризом, тем самым что приятно освежает лицо и дарит прекрасную прохладу, что особенно полезно во время отдыха. Старинному городу, казалось, было всё равно до тех событий, что делались вокруг. Город жил, жил и всё, его не интересовало, какой у кого образ мыслей, кто какие мысли хочет вернуть, хорошо быть городом или деревом. Растешь себе и растешь.

Флориан запарковал желтый Citroen Activa возле красивого двухэтажного здания фисташкового цвета, выходившего окнами на старинный оперный театр.

Его спутница мирно спала на пассажирском сидении. Штильхарт потряс её за плечо.

– Эй, мы прибыли, – сказал он, – пора просыпаться.

Ноль реакции.

– Хватит спать!.. – тряхнул девушку Флориан.

«Арнис» открыла глаза и воззрилась на него недовольным взглядом. Теперь на ней красовался длинный белый жакет с вкраплением черного, тонкие брюки и черные лаковые туфли.