Кто я? Книга 2. Мои университеты

9 ноября Закурдаев из Уржума уехал в Киров, там демобилизовался и уехал домой.

После отъезда Закурдаева я приходил на свидания к Анне. Она была моей первой женщиной, с которой я занимался сексом, несмотря на то что мне было к тому времени 22 года. Она была невысокая, слегка полноватая девушка. Следует сказать, что к ней приходил не один я.

Девушки, которые периодически ночевали у Ани, жили в соседних деревнях, и иногда, провожая домой в деревню одну из них, которую звали Рая (а идти нужно было практически мимо нашей войсковой части), я занимался сексом и с Раей.

Глава 26 – Галиев

Я был единственным сержантом среди солдат срочной службы, и мне пришлось волей-неволей руководить, командовать всеми солдатами.

Была зима 1955—1956 года, солдат было мало, мы обеспечивали только круглосуточное дежурство РЛС и радиостанции, никаких других занятий не было. Наша территория была засыпана снегом, и мы расчистили дорожки на кухню, в агрегатную, в конюшню и путь к автодороге.

В начале января мы начали заготавливать лед на реке Уржумка и на санях возили к себе его в ледник.

Зимой даже в город почти никто не ходил. Ходили, правда, еженедельно в баню и в кинотеатр смотреть кино – это было обязательно. Билеты для нас были самые дешевые, и все мы садились на первый ряд перед экраном – это самые дешевые места. Почему-то солдаты-новобранцы стеснялись сидеть на первом ряду, и, если зал был полупустой после начала киносеанса, все стремились пересесть на другие ряды.

Во время отдыха в казарме мы играли на бильярде – у нас был небольшой бильярдный стол – и слушали радио. С удовольствием слушали песни, мне вспоминаются особенно песни, которые исполнял Уральский народный хор под руководством Родыгина.

Отопление казармы и кухни было печным, печи топились дровами. В конце зимы с печью в казарме произошло ЧП. Утром нужно было растопить печь. Печь была заправлена дровами, но дрова никак не загорались. Тогда кто-то предложил солдату Галиеву принести из агрегатной кружку керосина, залить этот керосин в топку печи и поджечь, и дрова разгорятся.

Галиев, небольшого роста солдатик, по национальности татарин из какой-то деревни Татарстана. Над ним постоянно подшучивали: то посылали на крышу разгонять шваброй помехи радиолокационной станции, то смеялись над его рассказом о том, как он дома в своей деревне боролся с блохами, которых у них в избе было полно.